Антон приподнял мой подбородок одними кончиками пальцев, привлекая внимание. Я смотрела в его глаза и не могла отвести взгляд. В них читалось все: и его отчаяние, и страх, и боль, и надежда.
— Ты не представляешь, как я боялся потерять тебя. И даже сейчас, когда ты рядом, я боюсь. Я никогда не думал, что в один день могу потерять все, а в другой — найти. Ты для меня все. Можешь не верить, но я каждый день молюсь, чтобы у нас все получилось. Я так боюсь, что ты уйдешь. Не хочу отпускать тебя. Ведь без вас и жизни никакой нет.
Я всхлипнула, утыкаясь носом в его шею. Слезы текли по щекам, но я не могла остановиться. Антон обнял меня крепче, прижимая к себе.
Он был выше меня на полголовы, и я чувствовала его дыхание на своей шее. Его руки лежали на моей талии, а взгляд гипнотизировал. Вдруг он склонился ко мне, и его губы коснулись моих губ. Поцелуй был легким, но я ответила, ощутив его язык. Нежность, наполняющая вены, насыщала кровь.
— Доверься мне, — молил он, и я чувствовала, как по щекам текли слезы. Это были слезы раскаяния. — Последний раз.
— Затягивай сильнее! — кричу я, не на шутку начиная переживать, а по размеру ли мне вообще это свадебное платье. — Ты на бирку хоть смотрел в магазине?
— Я не смотрю на ценники, ты же знаешь, — хмыкнул Антон, не успев толком нацепить бабочку на рубашку под черным смокингом. — И не буду я сильнее затягивать!
— Да почему, господи. Малышке от этого хуже не будет! — пытаться переубедить Антона было таким же полезным занятием, как кидать горох в стену, — глупая затея.
Я была уже на пятом месяце беременности нашей дочкой. Хоть и большого живота не было, он всё равно немного выпирал из-под плотной ткани белого платья. Но это лишь полбеды.
С тех пор, как Антон узнал о второй беременности, ему будто снесло крышу. Он банально не разрешал мне брать любые сумки, а ещё уходить одной далеко от дома, есть экстремальную еду, хотя для него даже стандартная китайская лапша с перцем считалась чуть ли ни ядом в чистом виде. Любимый отвозил меня везде лично, сопровождал на всех встречах. Мне даже пришлось уволить нашего водителя, ведь он остался без работы. Конечно, это было очень приятно, но иногда его забота переходила все границы
— Я сказал: достаточно, — пригрозил он мне пальцем, пусть и прекрасно знал, что я с легкостью могла его откусить. — Софии Антоновне не очень-то и удобно сидеть под этим твоим корсетом.
— Вообще-то Вере, — я шутливо толкнула его в бок. — Мы об этом уже разговаривали.
Мой будущий муж осел на пол, стоя на коленях у моих ног, и нежно поцеловал живот прямо в центр, поглаживая со стороны:
— София, доча, скажи маме, чтобы не называла тебя какой-то Верой. Мы ведь с тобой уже все решили!
Сзади из комнаты выбежал слегка сонный Кирюша. Как бы мы ни пытались его поднять на нашу собственную свадьбу, где он должен был раскидывать лепестки белых роз, вчерашние мультики оказались достаточно соблазнительными для маленького хитрюги. Он подбежал к папе со спины, обнимая со спины.
— Мой герой уже проснулся? — Антон защекотал сына, отчего комната залилась искренним детским смехом. Легкое движение где-то внутри меня отдалось приятным импульсом по всему телу. Малышка пиналась, а я была готова разрыдаться прямо там от счастья.
— Пока вы тут с ума сходите, малышка внутри бунтует, — усмехнулась я, растягиваясь в блаженной улыбке.
— М-мам, нам сколо выходить на улицу? — Кирюша с трудом выговаривал некоторые буквы, но я уже позаботилась и нашла логопеда.
— Скоро, сынок. Если успеешь одеться сам, я дам тебе шоколадку, — при едином упоминании он ускольнул из комнаты, а я рассмеялась. — Только смотри, чтоб без помощи папы!
— Холосо! — раздалось из соседней комнаты.
С момента того, как Антон сделал мне предложение, прошел год. Мой бизнес процветал, и с каждым новым днем активы росли со стабильной скоростью. Мы даже стали с ним бизнес-партнерами. Иногда я работала слишком много, и Антон практически заставил меня найти ассистента до тех пор, пока я не рожу абсолютно здоровую дочь.
У мужа в бизнесе без происшествий: несколько новых филиалов, мировые сотрудничества. Мы купили большой загородный дом и наконец уехали из суетливой Москвы в отдельное гнездишко. Со Светой вопрос решился так же быстро, ведь у них с Антоном не было ничего общего, кроме каких-то давних воспоминаний. Они развелись тихо и мирно, а после собрала вещи и укатила с Глебом на черное море, где-то около Болгарии.
После доходчивого разговора с Антоном Глеб перестал возникать на горизонте и наконец оставил нас в покое.
Генетический тест я так и не провела: одного взгляда на Кирилла было достаточно, чтобы безошибочно определить, кто его отец. Такие же уши, глаза, форма носа. Казалось, я родила его маленькую копию.
