Это я резко стянул одеяло. Да, по себе знаю, что довольно тяжело и неприятно вот так вставать зимой на границе дня и ночи, когда мешается свет на улице и свет лампочки, а душа не понимает, за что хвататься, пора вставать или ещё можно нежиться в объятиях кровати дальше. Но надо.
— Подъём, я и так дал тебе лишнего поспать. Сама напросилась, а сейчас инструктор ждать будет.
— Изверг ты, — буркнула Алиса.
Но дальше ругаться или пытаться вслепую нашарить одеяло не стала: идея научиться водить автомобиль было инициативой с её стороны. Я хотел отложить до лета, однако возражать не стал. Искреннее рвение в таких вещах штука очень полезная. Но предупредил, что учиться Алиса будет как все и сдавать на права абсолютно легально. Мы и так пусть с хорошей стороны, но лишнего засветились перед МВД осенью. Не стоило лишний раз дёргать судьбу за усы.
Я тоже не люблю вставать на границе дня и ночи. И наверное, точно так же сажусь в постели и медленно, начинаю одеваться, а глаза мои невольно опять слипаются и приподнятая рука с носком так и застывает в этом положении. Потому когда Алиса смогла доползти до кухни, её уже ждали свежий кофе и яичница. Дальше мы любовались разгоравшимся зимним утром за окном, сидели за столом, болтая ногами, и пили кофе, намазывая маслом кусок ещё тёплого тоста… Бледная в свете дня лампочка отражалась в стекле окна, и не хотелось уходить от домашнего уюта, тёплой руки Алисы, от тёплого хлеба и от тепла кофейника. Плюнуть на всё и завалиться спать обратно… Увы, обоих ждали дела.
Улица встретила лёгким морозцем и ясным небом, солнце разливало повсюду свои яркие резкие лучи. Серебром отливало от окон квартир и витрин магазинов, бриллиантами сверкала белая скатерть выпавшего ночью снега. Не сговариваясь, мы синхронно зябко передёрнули плечами. Всё-таки мороз, даже несильный, после тепла квартиры всегда какой-то особенно кусачий. Алиса жалобно сказала:
— Игорь, ну почему ты сегодня не на машине? Хотя бы до метро добросил.
— Поздно думать уже. Да и Мансур Ахматович вечером опять просил к нему заглянуть. К нему в офис, потом домой на машине… как раз в самую пробку попаду. Лень мне стоять, я лучше пешком и на метро.
— Что-то новое? — оживилась Алиса. — А я нужна?
— Типун тебе на язык. Надеюсь, нет.
История с вампиром получила неожиданное продолжение. Правду в полном объёме знали считаные люди, остальным хватило слухов и пересказов очевидцев нападений, чтобы подстегнуть интерес ко всякого рода мистике, а отсюда — к антиквариату. Спасибо обилию современных фильмов на тему всякой потусторонней ерунды и колдовства. И вот тут уже я схватился за голову, так как с магией подобное притягивается к подобному. Запросто активность полностью сформировавшегося вампира начнёт тянуть в Москву со всего мира действительно опасные вещи.
Я предупредил Мансура Ахматовича и набросал инструкцию, на что обращать внимания. Он к моим словам отнёсся со всей тщательностью, и уже несколько раз мы вылавливали подозрительные вещи. К счастью, почти все давно разрядившиеся, остаточный след не представлял угрозы. Если бы не мои новые способности, я, скорее всего, остаточной магии даже не почуял бы. Но одна статуэтка содержала полновесное проклятие. Причём достаточно свежее. Как мы потом выяснили, раньше предмет принадлежал одному довольно известному человеку и заядлому бабнику, вот какая-то обманутая женщина и смогла изготовить проклятие. Но цель скоропостижно умерла по естественным причинам, а проклятие так и осталось, готовое искалечить любого, кто подходит под условие запуска.
При этом убедить нового владельца отказаться от опасной вещи — не получилось. Мансур Ахматович беспокоился за свою репутацию — именно он и был посредником при продаже статуэтки, я не хотел смерти постороннему человеку. В итоге пришлось звать Алису на помощь, ну и заодно она потренировалась, как использовать свою способность разрушать магию.
Объяснить насчёт сегодняшнего дела я не успел, ибо мы, не сговариваясь, посмотрели на часы. Все мистическо-магические истории были забыты, так как оба уже опаздывали.
