Про свою лень я пожалел где-то на середине пути до метро. Зимнее солнце только из окна квартиры красиво заливало прозрачной позолотой запушённые снегом улицы. Вот стоило отойти от подъезда подальше как ледяная стужа, так и сочившаяся из каменных улиц, сразу напоминала о суровом времени года. Не хотелось возиться, расчищая сугроб на машине? Уткнись в воротник и делай вид, что не замечаешь хмурые и ядовитые взгляды Алисы. В конце концов, если уж не хочется рисковать и ехать в час-пик, то можно было оставить машину у перехватывающей парковки рядом со станцией. Деньги там просили совсем небольшие. А так всем своим видом я старался демонстрировать, что не так уж всё и страшно, и вообще, у меня к машинам закоренелое советское отношение: это роскошь, а где можно — обходись без неё. Плохо выходило обмануть даже себя, так что когда стеклянная дверь станции метро с визгом повернулась, в клубах зимнего пара запуская с улицы людей, я был счастлив. И вообще не хотелось думать, что вторая такая же пробежка ждёт меня от метро уже до офиса.
На моё счастье, Вера, которую мне в своё время Антон Павлович буквально навязал как секретаршу, после Нового года наконец-то освоилась. Надо признать, что у Антона Павловича действительно нюх на кадры. Стоило Вере престать меня бояться, а мне её немного понатаскать в нашей специфике, как девушка оказалась действительно золотым во всех смыслах сотрудником, и в служебном, и чисто по-человечески. Вот и сейчас Вера, сообразив, в каком я промороженном состоянии, быстро налила и сунула мне в руки кружку горячего кофе. А вот дальше, когда я более-менее пришёл в себя, с непонятным смущённым видом положила мне на стол тоненькую папку с распечатками:
— Игорь Данилович, посмотрите? Я тут ваш список ещё дополнительно проверила…
— Да, конечно.
В папке была информация по фирмам, которые я по старой привычке из девяностых ещё решил использовать как возможные «прокладки». Пока работа с ними будет приносить лишь небольшие убытки, в лучшем случае нулевую прибыль, но мне главное — долгосрочные деловые связи. Зато если французы раньше времени сообразят, как мы их надули, через эти фирмы мы какое-то время сможем получать нужные нам детали и блоки. И при этом обратимся не как просители, у которых безвыходное положение и которым поэтому можно выкручивать руки, а как давние партнёры.
Я в своё время дал Вере указание провести небольшое исследование и сделать мне обзор компаний по заданным критериям. Дальше отобрал несколько штук и уже тщательно их проверил сам. В том числе и через анализ рассеянной информации. Метод пока мало востребованный, в своё время им пользовались в основном в разведслужбах — а меня натаскивал в девяностые один умный дядька, неожиданно выброшенный государством на обочину жизни. Его науку я не забыл и старался развивать, благо имею уникальную возможность: к тому возрасту, когда, наконец, приходят опыт и мудрость, у меня ещё не замедляются мыслительные процессы. Со временем, думаю, этот метод будут применять все и в обычной жизни, начнут от него тщательно защищаться. Но пока большинство даже не подозревает о такой вещи, как информационная гигиена и OSINT-анализ, а потому случайными деталями и обрывками информации могут рассказать о себе многое из того, чего хотелось бы умолчать.
Заодно и Веру немного подучил, не вечно же её сидеть в секретаршах? Сейчас, читая её отчёт, я подумал, что, во-первых, Антон Павлович мне подарил настоящее сокровище, по своему желанию и чисто из энтузиазма проделать такой немалый объём дополнительной работы. А во-вторых, я точно знаю, из кого понемногу готовить будущего начальника отдела аналитики и планирования.
Положив папку на стол, я посмотрел на девушку, робко замершую рядом и ждавшую моего вердикта:
— Ну что же, Вера, благодарю и считайте, что вы только что заработали премию в размере месячного оклада.
— Ой, Игорь Данилович… — Вера смутилась и растерялась.
— Не ой. Я ведь действительно не стал копать настолько глубоко, а зря. Я бы упустил, что реальные хозяева «Вымпела» не из Польши, а из Киева. Потому они нам не подходят категорически.
Вера внезапно перестала смущаться и неожиданно для меня тихо, но очень серьёзным голосом спросила:
— Игорь Данилович. Извините, что спрашиваю, но я уже давно заметила, что вы… Вы умеете смотреть не так, как все, и ваши прогнозы, они вернее как-то. Потому и ваш проект запустили, вам поверили, что нельзя откладывать. Я утром новости слушала, там в Киеве драка с милицией была на этом, как их, на майдане. Сказали — вчера двадцать пять погибших. Вы с этим «Вымпелом» потому и не хотите работать, потому что они с Украины, да? Вы уверены, что всё только хуже будет, и этот бардак не закончится? Я почему спрашиваю, у меня дядя в Днепропетровске живёт, на Южмаше работает. И он тоже задумался, а не переехать ли к нам, в Москву. И мы его уговариваем, а он сомневается, бросать вроде обжитое место и переезжать… Очень прошу, посоветуйте, стоит нам его уговаривать?
