Опыт Лили был противоположным. У нее роды начались во время позднего завтрака в отеле «Времена года» в Мидтауне. Родители Роберта были в это время в Нью-Йорке, и он хотел лично рассказать им, что ушел с работы. В то утро они как раз спорили, стоит ли ей идти с ним.
– Разве ты не можешь просто сказать, что я не очень хорошо себя чувствую? – спрашивала она из-под одеяла.
– Мне нужна твоя поддержка, – настаивал он.
Лили со вздохом подчинилась, с трудом встала с кровати и тяжело затопала по полу.
– Узнаю мою девочку, – улыбнулся Роберт, прищурившись.
В ресторане, как только официант наполнил бокал свежевыжатым апельсиновым соком, Лили почувствовала боль внизу живота. Это было похоже на спазм. Она извинилась и вышла в туалет, где, сидя на унитазе, дождалась, пока боль стихнет. Возвращаясь, где-то на полпути между входом в зал и их круглым столиком в самом центре, Лили почувствовала, как поток воды хлынул у нее по ногам на бежевый мраморный пол ресторана. Она доковыляла до столика, боясь поскользнуться и стараясь не смотреть на потрясенные лица других посетителей.
– Роберт, – произнесла она, приблизившись к столу, уже заставленному тарелками с яйцами «бенедикт», бейглами, копченым лососем и вафлями для нее, плавающими в масле и кленовом сиропе. – Похоже, я только что описалась, – прошептала она.
Роберт обернулся. Он был бледен, губы крепко сжаты, и Лили поняла, что, видимо, пока ее не было, он сообщил родителям об уходе с работы.
– Что? Ты уверена? – спросил он, рассматривая ее брюки.
– У меня был спазм, а потом…
– Ты уверена, что это не воды? По-моему, они только что отошли, – пробормотал он.
– Правда? – Лили посмотрела на Джозефин и Эдварда. – Неужели пора?
Джозефин громко фыркнула:
– Что ж, если говорить о времени, думаю, ты должна учиться его правильно планировать. Ты прервала очень важный семейный разговор, – раздраженно сказала она и потянулась за стеганой сумочкой от Шанель. – Думаю, увидимся в больнице, – обратилась она к сыну.
– Мама, постой! – Роберт схватил золотую цепочку, прежде чем Джозефин взяла сумку.
– Роберт, не нужно сцен! – вскипела она, выпучив глаза. – Твоя жена отлично справляется с этим за двоих.Эдвард раздраженно покачал головой.
– Лили, ты в порядке? – ласково спросил он, помогая ей сесть. – Может, отвезти тебя домой?
Лили почувствовала, как резкий спазм снова сковал низ живота, и, не в силах пошевелиться, смотрела, как Роберт торопится за матерью к выходу.
– Неплохая идея, – выдохнула Лили, как только боль утихла, и, опершись на руку Эдварда, медленно пошла к дверям.
Когда они вышли в огромный, отделанный мрамором холл отеля, Лили услышала пронзительный шепот Джозефин, отражающийся от стен.
– Вот скажи мне, кем надо быть, чтобы начать рожать в отеле «Времена года»?
– Мам, успокойся, она ведь не специально.
– Специально или нет, какая разница. – Джозефин подняла руки к потолку, и ее золотые браслеты громко зазвенели. – Не могу понять, почему она отказалась назначить дату кесарева сечения в «Ленокс-хилл», как все дочери моих знакомых? Это очень эгоистично с ее стороны подвергать ребенка стрессу при родах только потому, что так поступают все деревенщины.
– Но все-таки она не собирается рожать дома. Мы едем в больницу, – перебил ее Роберт.
Но Джозефин продолжала бушевать:
