Он только подписал второй чек, как появилась Карин, в скромном вечернем платье из кремового крепдешина с полудлинными рукавами и кружевными манжетами и в лайковых туфлях-лодочках на высоком каблуке. Пышная верхняя юбка с разрезом впереди, отделанная по краям мережкой, спускалась чуть ниже колен, застежка на груди доходила до пояса с золотой пряжкой. Из украшений на Карин были лишь ажурные серьги-подвески в форме крошечных золотых рыбок – похоже, индийские – и обручальное кольцо с жемчугом. Этого наряда я прежде не видел (за исключением кольца, разумеется), и, пока она шла по бару, я просто глядел на нее, словно бы не узнавая. Поэтому мистер Стайнберг удивился, когда она подошла к нам, с улыбкой коснулась моей руки пальцем и прошептала:
–
Потом она закрыла глаза, тут же их распахнула и помотала головой, изображая пробуждение, а серьги-рыбки заплясали на волнах жасминового аромата.
– Ну и ну, – сказал мистер Стайнберг, пожимая ей руку. – У вас восхитительный наряд.
– Очень любезно с вашей стороны, – ответила Карин. – Это маскарадный костюм. Я изображаю муху в молоке.
– Нет, скорее, дрозда на снегу, – улыбнулся мистер Стайнберг.
За ужином в отеле «Гайд-парк» поведение Карин, в котором никогда не было ни капли фальши или неискренности, слегка изменилось, но столь естественно, что никто, и тем более я, не смог бы укорить ее в притворстве. Да она и не притворялась. Она словно бы нажала какую-то кнопку или, будто заранее предчувствуя смену освещения, выбрала новую линзу, через которую наблюдала за своими спутниками. Она осторожно подшучивала над мистером Стайнбергом, позволяла ему подшучивать над ней самой и в конце концов упросила его рассказать о Филадельфии, о поездках в Европу и о коллекции фарфора. Пространно отвечая на какой-то вопрос, она склонилась к мистеру Стайнбергу и, забывшись, коснулась его запястья, но через несколько секунд убрала руку – с легким смущением, будто чересчур увлеклась доверительной дружеской беседой. В подобных обстоятельствах любой здравомыслящий человек быстро сообразил бы, что мистеру Стайнбергу не удастся отстоять честь своей неприступной фамилии. В том, что он не забывал еще о двоих приглашенных, была немалая заслуга Карин, которая при каждом удобном случае незаметно напоминала ему о своих спутниках.
– Отрадно видеть, что вас не беспокоят лишние калории, – сказал он, когда Карин доела последний кусочек лимонного пирога с меренгой и взяла две пластинки мятного шоколада с предложенного официантом подноса. – Вы, наверное, и готовить любите. Она хорошо готовит? – с улыбкой спросил он меня. – Вы уже проверили?
– Нет, Алану пока не представилось такого случая, – ответила Карин. – Я жду не дождусь его побаловать. Надеюсь, и вас тоже. В ближайшем будущем.
– Буду счастлив отведать вашего угощения, – сказал мистер Стайнберг. – А когда же вы намерены сыграть свадьбу? Какие у вас планы? Как я понимаю, вам хочется поскорее, – добавил он, повернувшись ко мне.
Вкусная еда, отличное вино, мое уважительное, дружеское отношение к мистеру Стайнбергу, его радушное обращение с Тони (которого приглашали роскошно отужинать гораздо реже, чем меня) и восхищение чашей для пунша (которая наверняка произведет фурор среди американских знакомых мистера Стайнберга, коллекционеров фарфора и керамики) стали причиной того, что молчать я больше не мог. Скрытничать мне нисколько не хотелось, и в тот момент я чувствовал, что вполне могу довериться мистеру Стайнбергу: в конце концов, он ясно дал понять, что для него мы с Карин – великолепная пара. Так что, не упоминая ни о маменьке, ни о странном
– Естественно, многим может показаться, что волноваться не из-за чего, но мне очень хочется найти способ совершить все как можно скорее.
– А скажите-ка мне, вы собираетесь в свадебное путешествие? – осведомился мистер Стайнберг, пригубив «Реми-Мартен» и медленно покачивая коньяк в бокале.
– Увы, дела не позволят мне уехать надолго. Мне ведь нужно приглядывать за магазином и…
Мистер Стайнберг помолчал, задумчиво кивнул и произнес:
– Не знаю, Алан, придется ли вам по нраву мое предложение. Поверьте, я прекрасно вас понимаю. На первой миссис Стайнберг я женился через три дня после знакомства. Скажите, у вас с Карин есть американские визы?
– Нет, но дело ведь не…
– Что ж, это легко устроить. А предложить я хотел вот что: если вы прилетите в Америку, то уже послезавтра сможете сочетаться браком.
– Я очень признателен вам, Морган, за ваше любезное предложение помощи, но ввиду ряда практических затруднений…
