Даже в середине зимы ее лицо выглядит загорелым, а темные волосы выгоренны на концах. Хорошо сидящий кремовый свитер, который она носит, великолепно подчеркивает цвет ее лица. Я могу ее ненавидеть, но факт в том, что она потрясающая. До сих пор никто из нас не заговорил о наших явно натянутых отношениях. Это крайне неловко, но ради журналистики мне придется просто упорствовать.
– Ладно, это не займет много времени.
Я достаю диктофон и блокнот, в котором записаны мои вопросы и где я могу делать дополнительные пометки.
Николь безучастно смотрит вдаль, пока я задаю вопросы. Кажется, что ей совершенно неинтересно, она заученно отвечает на вопросы и рассматривает свои ногти. Моя кровь начинает закипать, и мне приходится напоминать себе, что нужно держать себя в руках. Я не могу бросить ее на трибуны, танцевальная команда этого не оценит. Может быть, если я еще немного злобно посмотрю на ее профиль, она испарится в воздухе.
По большей части Николь оставила меня в покое. После ее огромного социального падения и разрыва с Джеем она исчезла с радаров. Ее приспешники разбежались, лишь немногие осмеливаются находиться рядом с новым изгоем. Мне следовало бы пожалеть ее, ведь я была на том же месте, что и она, но когда она ведет себя так, трудно сопереживать.
Даже сейчас она такая… ледяная, недоступная и замкнутая в себе. Если бы мне захотелось, я бы спросила ее, что, черт возьми, произошло, что превратило ее в такого человека. Но с годами я поняла, что никакая оливковая ветвь не сможет восстановить то, что мы потеряли.
Собрав достаточно материала, чтобы угодить редактору, я начинаю собирать свои вещи. Николь даже не моргнула в мою сторону, и я более чем счастлива уйти от нее. Коул ждет меня на парковке, и чем скорее я до него доберусь, тем лучше.
Если я чему-то и научилась в этом году, так это признавать и ценить людей, которые любят тебя таким, какой ты есть. Менять себя, чтобы вписаться в чью-то жизнь, никогда не является хорошей идеей. Люди должны любить тебя таким, какой ты есть, а не таким, каким они хотят тебя видеть.
Я уже закончила собирать вещи и собиралась уходить, когда она обращается ко мне. Я останавливаюсь на середине шага и жду, когда она продолжит.
– Послушай, – тяжело выдыхает она и начинает рассматривать свои ногти, – в этом году мы все заканчиваем школу, и я собираюсь уехать из этого захолустного городка так быстро, как только смогу.
Понятно. Николь всегда была очарована Нью-Йорком. В сочетании с ранним зачислением в Нью-Йоркский университет это означает, что ничто не мешает ей, как она говорит, «уехать из этого захолустного городка так быстро, как только она может».
– Хорошо.
Я изучаю ее лицо, пытаясь найти больше подсказок о том, что она действительно хочет мне сказать. Интуиция подсказывает мне, что это будет что-то вроде завершения отношений, к которому я подсознательно стремилась. Нельзя просто перестать дружить с человеком, которого знаешь почти всю жизнь, и не нуждаться в завершении. Так что, возможно, я не хочу этого, но, возможно, мне это нужно.
– Прежде чем я уеду, мне нужно кое-что сделать, прояснить все недоразумения, понимаешь? Я слышала, что карма – сука, так что это моя попытка оставить все плохое позади.
Мне бы не хотелось говорить ей, что, возможно, уже слишком поздно для раскаяния. То, что она сделала за последние несколько лет, да и вообще с тех пор, как мы достигли половой зрелости, так просто не смоешь.
Я видела, как она делала много уродливых вещей, большинство из них – по отношению ко мне. Даже если забыть о том, что она сделала со мной, список всех разрушений, которые она причинила, будет длинным, как Бурдж-Халифа, самое высокое здание в мире. Карма может быть не самой благоприятной для нее.
– Это ты что, извиняешься? – я перехожу к делу.
Это как-то горько-сладко, я хочу быть здесь и в то же время не быть здесь. В воздухе витает ощущение законченности, как будто все четыре года позади вели нас к этому моменту. Я никогда не умела заканчивать. Я читала последнюю книгу о Гарри Поттере по странице в день, просто чтобы продлить время, которое у меня осталось с героями. Так что да, мне потребовалось время, чтобы дочитать ее до конца, но я наслаждалась каждой секундой. У меня сейчас есть огромное желание сбежать.
– Типа того.
Она начинает беспокойно постукивать ногой по земле, ее ледяное спокойствие начинает таять. Я практически чувствую, как от нее исходит беспокойство. Что бы она ни хотела сказать, это тоже будет очень тяжело услышать.
– Я хочу признаться, Тесса, а не извиняться. Да, может быть, я задолжала тебе извинения, может быть, целую кучу извинений, но сказать тебе правду важнее.
Мои брови нахмурились: очевидно, я понятия не имею, что будет дальше.
Она делает глубокий вдох.
