Я уже поела, поэтому оставляю ее смотреть фильм в своей комнате. Она против всего, что хоть отдаленно похоже на «девчачьи фильмы», поэтому я порылась в коллекции Трэвиса и выбрала фильм с Мэттом Дэймоном, девочка помешана на Мэтте Дэймоне.
Я снимаю покрывало с кровати и кладу его на пол, бросая туда же множество подушек. Затем я готовлю большую миску попкорна и достаю несколько KitKat из своего тайника.
Бет принимает душ, поэтому я оставляю для нее в комнате футболку и шорты. Меня удивляет, когда она выходит в той же футболке, которую я дала ей утром, поверх моих шорт.
Она пожимает плечами:
– Так удобнее.
На половине фильма я пытаюсь расспросить ее о том, что произошло. Мы прижались к изножью кровати, одеяла укрывают нас, подушки образуют вокруг нас кокон, и в данный момент мы испытываем сахарный шок.
– Могу я спросить, что Мари сделала на этот раз?
Ее глаза не отрываются от экрана, и она пожимает плечами:
– Как обычно. Вечеринка, наркотики, незнакомцы сношаются в моей постели.
Я скривила лицо от отвращения. Последняя часть была чем-то новым.
– Она спустила все, что заработала на благотворительном вечере, и потратила это на выпивку. Я сказала ей, что нам нужны деньги, чтобы оплатить счет за электричество, но у нас не осталось ни цента. Я не знаю, сколько еще смен я смогу взять, мои оценки становятся все хуже, а в Беркли не берут прогульщиков.
Я кладу голову ей на плечо:
– Ты блестящий музыкальный продюсер, они возьмут тебя, как только услышат один из твоих миксов. Не волнуйся об этом.
– Но мне все равно нужно иметь достаточно средств на обучение. Я не смогу много накопить, если буду постоянно заботиться о ее проблемах.
– Так что же ты собираешься делать?
– Прямо сейчас, – выпустила она беззлобный смешок, – я понятия не имею. План состоит в том, чтобы делать все по одному дню за раз и посмотреть, что из этого выйдет. Я собираюсь начать противостоять своей маме. Она должна покончить со всем своим дерьмом.
– Ну, если тебе нужна помощь в этом, ты знаешь, где меня найти.
Она кладет свою голову на мою, и мы смотрим остаток фильма в тишине.
Мы смотрим третий фильм о Джейсоне Борне, когда кто-то стучит в мою дверь. Должно быть, это Трэвис, так как его не было большую часть дня, так что представьте мое удивление, когда я открываю дверь и вижу, что на меня смотрят самые яркие темно-синие глаза.
Коул.
– Привет.
Он улыбается своей кривой улыбкой, и мое стучащее сердце вылетает прямо из груди. Я только что поняла, как сильно я по нему скучала. Сегодня было что-то не так, не считая ситуации с Бет. Я чувствовала себя неполноценной, немного подавленной, и теперь я знаю почему. Его не было рядом со мной, чтобы все было хорошо.
– Привет, – говорю я, мой голос немного сбивается.
– Привет, – говорит он, голубые глаза ярко сияют, а оба уголка его рта растягиваются в ослепительную улыбку.
– Привет.
– Вы двое собираетесь говорить что-то еще?
Голос Бет выводит меня из комы, вызванной Коулом, и я становлюсь алой. Открыв дверь достаточно широко, я отодвигаюсь, чтобы впустить его. Он держит два пакета с покупками из Walmart и одет в приталенную серую рубашку с длинными рукавами и джинсы. В памяти сразу же всплывает наш утренний разговор, и, если это возможно, я краснею еще больше.
– Привет, Бет, – он смущенно машет ей рукой, и она закатывает глаза.
– Если кто-нибудь из вас еще хоть раз скажет «привет», клянусь, я забью вас до смерти.
Он поднимает руки, нагруженные сумками с покупками.
– Больше никаких приветствий, понял. Кстати, если ты меня убьешь, я заберу с собой свое предложение мира.
Он достает три разных баночки мороженого, и снова – если это вообще возможно – я влюбляюсь в него еще больше. Откуда он знает, что мороженое – это именно то, что мне сейчас нужно?
– Клубника со сливками для тебя, – он протягивает мне самую большую баночку из тех, что продаются в магазинах, и я почти выхватываю ее у него.
– Для тебя мятное шоколадное, – говорит он и отдает его Бет.
Я тронута: он знает, что она любит и наконец достает свое любимое – сливочный пирог – для себя. Вот так он становится частью нашего вечера. Я перебираюсь на наше одеяло на полу так, чтобы сидеть между ним и Бет. От такой близости мои нервы находятся в состоянии повышенной готовности, и я прекрасно осознаю отсутствие пространства между нами. Интересно, слышит ли он, как громко бьется мое сердце? Я чувствую запах его одеколона, смешанный с ароматом средства после бритья и ароматом пряной тыквы. Если бы я могла запечатать этот запах в бутылку и хранить его вечно, я бы так и сделала.
– Привет, – шепчет он мне на ухо достаточно тихо, чтобы Бет не услышала. Она слишком увлечена мистером Борном, чтобы беспокоиться об этом.
– Привет, – говорю я, улыбаясь и нервно покусывая губу.
Он обхватывает меня рукой и придвигается ближе так, что вся моя правая часть оказывается прижатой к его левой. Я чувствую жар его тела, обжигающий меня через одежду. По моей коже бегут мурашки, но это вовсе не из-за холода. На мгновение я забываю, как дышать, но потом, когда желание быть ближе охватывает меня, я сдерживаю себя.
