— Таких писем много, — отложил в сторону стопку страниц Мифа. — Хромируют.
— Хромированный корпус? Почему бы и нет. Ржавчину заделать в государстве. Храм дело хорошее, главное, чтобы у настоятелей совесть не хромала. А купель для крещения не стала морем с яхтами, а время — дорогими часами.
Взял другой лист.
— Чего только люди не просят. Кому свежая кровь, кому чистая душа, кому новая жизнь.
— Дыхнуло войной прямо, — вздохнул Кирилл.
— Это все от Эсперанцы. Там половина текстов просьбы. А у кого еще? Больше не у кого, просят у кого придется, у кого есть. А дают только те, у кого нету.
— У кого кишка тонка, — снова улыбнулся Кирилл. — Шучу. У кого есть сердце. А чего просить, надо брать. Было же такое при Годунове, когда хлеба неурожай, отнимали его у торговцев на рынке.
— Не у кого отнимать. Предприниматели уже давно ничего не предпринимают.
— Возьмешь? — хитро посмотрел Кирилл на Мефодия. — Тебя Матильда потом на порог не пустит, заставит самого крутить фуэте, — рассмеялся он своей шутке. — У всех женщин аллергия на других кошечек.
Кирилл прошелся по комнате, подошел к окну, открыл. Внизу по долине реки, меж высоких гор сочилась река из облаков.
— Змея Малоя, — подозвал Мефодия к окну Кирилл. — Редкое явление, когда происходит смена погоды, облака, гонимые холодным ветром, спускаются через перевал в долину.
— Это можно перевести, что нет у нас средств, чтобы помочь этим бедолагам?
— Эх, плохой вы, брат, переводчик. Я вас любил, а вы из гипса, — промычал еле слышно Кирилл.
— Души у тебя нет.
— Нет. В космосе ни души. На Земле душно, а космос бездушен. Здесь ты абсолютно прав. Ты думаешь, у тебя она есть? Думаешь, начитался просьб и сразу душа появилась? Ты сначала помоги, потом говори о душе. Ты даже женщину повернуть в нужную сторону не можешь, — опять наступил на больное Кирилл. — Хотя есть в этом и положительные моменты, твоя же крутится против часовой, будешь дольше жить. Вот крутится она против часовой и счастлива. Каждая женщина счастлива по-своему и несчастна по другому. Ладно, не будем демократизировать, выдели им всем, нуждающимся манны из небесного бюджета.
— Здесь на экспедицию на Марс собирают, — отложил несколько листков Мефодий. — Людей собрали быстрее, чем деньги.
— А люди всегда быстрее денег собираются. Только крикни. На то они и собрания, чтобы потом собирать членские взносы. Эти, значит, к Марсу собираются? Так он давно на ремонте, — оторвавшись от бумаги, уткнулся в красную точку на горизонте Кирилл.
— Откуда им знать.
— С Землей разобраться не могут — на Марс потянуло. До Марса как до Луны.
— Нет таких средств, — добавил рационализма Мефодий.
— Средства есть, содержания не хватает. Людьми надо быть, а потом уже на Марс лететь. Пока людьми не станут — никаких Марсов.
