Мужчины покивали, сражённые таким аргументом. Действительно, непревзойденные амулеты ведьм могли такое, что артефакторам классического направления и не снилось. Вот только срок службы у них был коротким. Но ничего, ведьмы ещё настряпают.
План Дейдры оказался хорошо продуманным. Им действительно удалось подобраться к задней стене цитадели и по шпилю храма определить местоположение тюрьмы. Свалка, конечно, воняла, но зато никто не видел, как Дей принялась за дело. Сначала руками ощупала стену, выбрала место, сказав, что чует за ним пустоту, а затем закрыла глаза и стало водить пальчиком по щелям между камнями, что-то тихонько напевая. Из щелей посыпался песок: заклинание действовало.
Элиастен сообразил первым. Не стал ждать, когда его ведьма откроет глаза, а принялся за дело. Уже через пару минут вытащил из стены первый камень, за ним второй. Алан с Эвменом отмерли и бросились ему помогать. Не прошло и получаса, как в стене зияла дыра, в которую, конечно, не прошёл бы всадник, но двое людей средней комплекции — запросто. За дырой открылась внутренность комнаты, которая, несомненно, служила для отдыха тюремщиков: два топчана, стол и несколько трёхногих табуреток. Сейчас она была пуста.
Алан накинул на себя полого тишины, вошёл первым и тут же проверил дверь: открыта. Ведьма благосклонно ему кивнула: примененная им магия не вызвала мерзкого визга следящих амулетов, значит, в непосредственной близости их нет. Можно действовать смелее. Если в коридорах кто-то попадётся, его не обязательно убивать, просто обезвредить чем-то простым, сном или неподвижностью.
Маги построились и один за другим вышли в коридор. Тёмный и унылый, он тянулся в обе стороны и ничем не отличался ни справа, ни слева. Куда бежать? Все посмотрели на Дейдру, а она приложила руки к стене.
— По ощущениям лестница где-то слева, справа глухая стена, — доложила она.
Парни ринулись в указанном направлении.
В торце коридора нашлась новая дверь, и тоже незапертая. Бежавший впереди Эвмен распахнул её и они всей толпой вывалились в большое помещение, на первый взгляд полное солдат. Сальвинец остолбенел от неожиданности, но тут Алан сумел проявить себя. Из-под его руки метнул в тоже ошалевших имперцев сонные чары и уложил практически всех. Один увернулся и попытался было сбежать, но его догнало обездвиживающее заклинание Элиастена.
— У нас где-то час прежде чем чары спадут, — сказал он.
Дейдра спокойно пересчитала поверженных.
— Восемь! — сказала она и подняла глаза на Эвмена, — как думаешь, это вся здешняя стража?
Тот покачал головой.
— Нет. По имперским правилам их должно быть двенадцать. Четверо где-то шляются.
— Значит, будем начеку, — уверенно ответила ведьма, — И у нас не час, а значительно меньше. Зелинда уже подняла шухер за рынком, значит, у нас минут двадцать. Побежали!
К счастью, искать лестницу, ведущую в подвал, не пришлось. Она начиналась прямо в комнате. Была, конечно, заперта железной решёткой, но что какие-то решётки магам? Так, на один укус. Элиастен что-то прошептал, положив руку на замок, и тот с лязгом открылся. Путь вниз был свободен.
Алан первым сбежал по лестнице в скупо освещённый коридор подвала и закрутил головой в поисках признаков антимагической камеры. Долго искать не пришлось, вторая дверь слева явно указывала на то, что магам за ней делать нечего. Никаких замков, только тяжёлый кованый засов.
Стремление как можно скорее увидеть Адель придало магистру силы и он вырвал тяжеленную железяку одним движением. Распахнул дверь, ворвался и резко затормозил. Где Адель? На полу валялся крепко спящий принц Александр один-одинёшенек. Девушки нигде не было.
Начальник гарнизона явился за мной в сопровождении двух здоровых парней, в одном из которых я узнала того, кто вёз меня сюда после пленения в овраге. Видимо, в крепости с кадрами было негусто. Второго и узнавать не стоило: это он утром приносил нам еду. Повинуясь знаку начальства, они подняли меня с пола и поставили на ноги. Их господин осмотрел то, что предстало его взору и скривился.
— Надо бы тебя помыть, да и переодеть стоило. Но времени нет. Решено: сначала обряд, потом ванна и всё остальное. А пока…
Он повернулся и крикнул кому-то в коридоре:
— Эй, рубаху несите и покрывало.
Видимо, необходимость меня прикрыть он предусмотрел заранее. Вошёл ешё один один солдат со свёртком в руках. Оттуда была извлечена белая, чистая, но совершенно безразмерная рубаха и красивая скатерть тончайшего полотна, расшитая однотонной белой гладью и по краям отделанная фестонами. Вполне себе покрывало для тюремной невесты.
Державшие меня до сих пор солдаты по знаку своего начальника разжали руки и отошли на пару шагов, а он, наоборот, ко мне приблизился, держа на весу рубаху и вполне понятной целью: напялить её на меня через голову.
— Надеюсь, ты будешь благоразумной, моя красавица! — сказал этот козёл.
