А потом была команда. Огромные вязанки шариков, которыми был завален весь зал — алые львиные и голубые волчьи. Посредине всего этого, как айсберги, разгребая все это безобразие, носились тренеры. Игроки хохоча пытались отрабатывать удары на воздушных шариках, частично заполненных гелием. Григор и Джендри, вдохнув гелия, преобразовали свои низкие голоса в такой мышиный писк, что все сначала рухнули от хохота куда-то в недра заполненной шарами котловины, которую представлял собой в этот момент спортивный зал, а потом всем разом понадобилось повторить общественный подвиг.
Подрик сумел отловить ее на перемене, когда Арья на минутку отстегнулась от подруги, погнавшись за Браном. Он, смущаясь собственной неловкости или смелости, решительно подарил ей пару наколенников.
— Ну…ты… это… ведь играешь…теперь…, а там… это… травмы… и вот… я… это…подумал.
Бриенна порывисто обняла его, улыбнувшись.
— Спасибо, хороший подарок, Под. Мне пригодится, — ей было гораздо проще общаться с ним теперь, словно с тех пор, как она стала девушкой Джейме, можно было больше ничего не объяснять. А Под как стеснялся, так и стеснялся, но продолжал быть где-то поблизости, постепенно становясь непременным элементом окружения. Ее это уже почти перестало бесить, чего нельзя было сказать о тянущей боли, спазмами напоминающей о себе весь день.
Она помнила об этом постоянно, предчувствуя отвратительную сцену, которую ей нарисовало воображение. Вот она говорит Джейме, а он такой — Что? Да ладно? Ну, блииин…
Дальше он еще будет что-то говорить обвинительное, а она рыдать, размазывая сопли по лицу. И он поймет, как жестоко ошибся, карета превратится в тыкву, и …
— Бри, мы пьем за твое здоровье, спустись в мир живых из своих грез, пожалуйста…
— А, да, конечно, — рассеянно улыбнулась девушка.
— Так выпьем же, как говорится, за родителей, — растягивал длинную, как жвачка, речь Теон, — особенно за того замечательного человека, который, во-первых, родил Бриенну нам на помощь, сопернику на беду, а во-вторых, за его отбытие в командировку с пожеланием разгромить сию дивную маленькую квартирку этим вечером, дабы поздравить его замечательную дочь с шестнадцатилетием!
— Шампанское вскипит от твоих тостов! — выкрикнула Арья. — Короче болтай. Бри, за твоего папу, ура!
Шум, галдеж, чоканье бокалами, звон. Заемные стаканы из квартиры Джендри, соседские табуретки, скатерть из занавески. Еда частью из ближайшего магазина, частью из личных запасов Пирожка и Ко.
Тосты оглушали, шум стоял такой, словно они справляли на кромке моря в шторм. Танцевать у нее, в отличие от квартиры того же Джеда, было негде, да и напиваться до бесчувствия не было настроения. За столом было много людей, никогда не пересекавшихся ранее на одном застолье. Аша Грейджой, отгороженная от брата шумными соседками Джендри — Коллой и Ивой, Тирион, с интересом слушающий разглагольствования Джендри про музыку (один барабанил по столу ложками, а другой отбивал ритм пальцами или ладонью), Санса, пытающаяся занять себя разговором с Джейни, Джейни, пытающаяся избежать разговора с Сансой в пользу флирта с Теоном, и, наконец, посреди в среднем про-старковской компании, Джейме Ланнистер, торчащий рядом с ней, обаятельный, предупредительный, нахальный.
Он подарил свой подарок незадолго до прихода основных гостей, отозвав ее в сторону. Алая коробка, золотая лента, дорогущее содержимое.
— Некоторые утверждают, что твоей раскладушкой можно только колоть орехи, — уточнил Джейме. — Я справился у Пирожка, он утверждает, что даже для этих целей она непригодна. Поэтому, вот. И пожалуйста, прямо сейчас пообещай мне, моя хорошая, что ты не начнешь заламывать руки, интересоваться, сколько стоит этот смартфон, и измерять эту сумму в бюджетах сопредельных государств. Не унижай меня этими сравнениями.
— Ох, — только и смогла сказать она. — Как это включают?
— Садись, я расскажу, — начал Джейме, но тут началось столпотворение, цветы, свечи, еда, хождение за три моря за табуретками, попытки убрать лишнюю мебель в ее комнату, превращенную потом в курилку страждущими (о мой бог, да тут окно открывается! О, да там еще и лестница! Ох, Бри, мы потом проветрим!). Теперь телефон лежал в большой коробке с остальными подарками, заботливо отрезанный от других даров коробкой и двумя слоями ткани. Бри с ужасом предвкушала тот момент, когда все ее, наконец, поздравят, и ей придется все сказать Джейме. Очередной тост выкинул ее из мыслей, как прибой рыбу на берег, да так и оставил там среди пьянеющих гостей.
***
— Скоро буду.
