— Я знаю, — кивнул Бен и повернулся ко мне лицом. — Кстати, я сразу узнал тебя по фотографиям.
Я улыбнулась ему. А потом спросила:
— Ты сказал, что Ханна переехала к Марку, они долго встречались?
— Несколько лет, это началось вскоре после ухода Криса. Они с Марком были обручены. У них даже есть ребенок, дочка. Я видел ее один раз, еще совсем крошкой.
Я вспомнила фотографию девочки с имбирными волосами в фейсбуке Ханны. Малышка и правда была очень похожа на Марка. Мне вспомнились слова Хью о том, что Крис увел жену Риммера.
— Я и понятия не имела.
— Они не любят говорить об этом. Марк с детства был влюблен в Ханну. Он не афишировал своих чувств, но мы все знали. Она встречалась с ним, но сама не спускала глаз с Криса. Ханна была с нами с самого начала, кормила нас во время репетиций, помогала организовывать выступления, присматривала за нашими финансами. Когда мы прославились, она переехала жить к Марку в Лондон. Мы думали, они поженятся после рождения дочки. Но у Криса случился очередной срыв, и Ханна, как всегда, ринулась его спасать. А Марк остался с дочкой. Вот такая история.
— Да уж, — невесело отозвалась я.
Рассказ Бена многое объяснял. Ханна говорила, что всем пожертвовала ради Криса. Да уж, теперь понятно, что речь шла не о потере девственности. Получается, она была для Марка тем, кем была для Бена ты? А в центре всего клубка страстей находился Крис. Чисто английская история, вполне в духе Шекспира или по меньшей мере мыльной оперы «Жители Истенда». А может быть, твое исчезновение — дело рук Ханны?
— Слушай, а какой у тебя ник на MySpace? — Прервал мои размышления Бен.
— А он все еще существует? — удивилась я.
— В смысле?
Тут у меня в кармане завибрировал телефон, пришло сообщение от Мегс: «У Криса талон за парковку на тринадцатое июля 2007 года. Он не мог воспользоваться телефоном Джен в Кенте, он был в Ноутоне. Я же говорила тебе!!!»
Викерс заметил мою широкую улыбку:
— Что такое?
— Бен, спасибо тебе за все и прости за вторжение. — Я встала. — Уже очень поздно, и я жутко опаздываю ну просто везде.
Он поднялся вслед за мной. Мы робко обнялись.
— Спасибо, что зашла, — пошутил он.
— Обещай мне, что обратишься за помощью. Ну или хотя бы подумаешь об этом.
Он кивнул.
По дороге на станцию я не могла перестать думать о том, как поступил бы Пол, если бы заранее знал, к чему приведет встреча Джона и Йоко. Надо еще раз увидеться с Марком. Что‐то тут не сходится. Если рассказ Бена правдив хотя бы наполовину, уж слишком отрешенно держался Марк, когда я спрашивала о тебе. Ведь ты — виновница разрыва его дружбы с Крисом. С другой стороны, есть Ханна, пожертвовавшая семьей и ребенком ради призрачного шанса заполучить твоего Макконнелла. Н-да…
Я стояла на пустом, залитом холодным электрическим светом перроне крошечной сельской станции. Циферблат над моей головой показывал девятнадцать семнадцать, и на небе уже проступили звезды, исчезающие где‐то к югу в далеком зареве вечерних огней Лондона. От пережитого и услышанного за день у меня гудела голова. Я встала прямо под камерой наблюдения и все равно не могла отделаться от ощущения, что кто‐то смотрит на меня сзади и вот-вот столкнет под проходящий поезд. Наверное, паранойя после нападения тех лузеров-скинхедов.
До поезда оставалось четыре минуты, и я не сводила глаз с табло. Тут у меня в кармане завибрировал телефон. От неожиданности я чуть не свалилась с платформы, но потом, пользуясь моментом, резко обернулась. Дверь в зал ожидания покачивалась, как будто кто‐то только что вышел.
— Йоу, Найки, это Ник, — раздался знакомый, почти уже родной голос. — Ты сегодня у нас ночуешь?
— Привет! Да, конечно, у вас. — Даже забавно, что я уже дала близнецам повод усомниться.
— Крутяк! А можешь быть моей маленькой звездочкой и захватить китайской еды по дороге домой?
— Без проблем. До скорого, — попрощалась я и положила трубку.
Мне стало немного легче, в основном от мыслей о китайской еде. Прохладный, пахнущий скошенной травой и мазутом ветер подсушивал испарину вдоль позвоночника.
Телефон опять зазвонил.
— Да, Ник, это Найки, твоя маленькая звездочка! — засмеялась я в трубку.
— Ника? Это Бен. Бен… барабанщик. — По тому, как он произнес мое имя, чувствовалось, что во рту у него пересохло от волнения.
— Ой… Бен? Извини, я думала, это… не важно! Я жду поезда в Ноутон. Что‐то случилось?
— Нет, просто я вспомнил кое‐что. Очень важное, — раздался тихий всхлип. — Ты должна знать… — Он замолчал.
— Бен! Ну говори же! — Я пыталась держаться помягче и не давить на него, но невольно начала злиться.
— Ника… — Связь стремительно портилась, и несколько секунд я слышала только электрический плеск.
— Бен, Бен? Очень плохо слышно.
— Вернись ко мне, пожалуйста, — наконец расслышала я шепот из глубины.
Вдалеке показались огни приближающегося поезда.
— Прямо сейчас? — Я взглянула на табло: электрички ходили каждые полчаса до полуночи.
— Я знаю, уже поздно. Но мне хочется покончить со всем этим сегодня… — Викерс добавил что‐то еще, но я опять ничего не смогла разобрать.
