— Поздравляю! Я буду за вас болеть. У нас заведение все этапы боёв без правил транслирует. Почти в спорт-бар превращается. Даже ставки делаем. — я причин для гордости, звучащей в его голосе, не видела. — А если мы вас с бабушкой сфотографируем и на стену повесим? Правда, у нас и стены такой нет. К нам медийные личности не заглядывают.
— Ты будешь фотографировать? — грубо перебиваю я рассуждения юноши.
Поднявшись, я встала рядом с парнем, держащим в руках смартфон, и нетерпеливо постучала пяткой по фигурной тротуарной плитке.
— А вы так и будете стоять? — задал глупый вопрос официант, глядя на экран телефона.
— Иди ко мне, Писечка. — весело отзывается Зверь, рывком заключая меня в объятия.
Официант немного приседает, чтобы уместить нас в ракурсе и непрерывно щёлкает боковыми клавишами, делая множество снимков.
— Выберу потом лучшее. — счастливо выдыхает он.
Я стою, смотрю на Зверева взглядом серийного маньяка, и чувствую, как его руки нагло лезут к моей заднице. Не понимаю, почему я молчу?
— Спасибо огромное. А теперь за столом? — выпрямившись, парень улыбается, оглядываясь на наш столик. — Ой…
Вот тебе и ой… Морда умяла две тарелки непонятно чего, и теперь довольно облизывалась. Ещё два блюда, стоящие ближе к стороне Зверева, она почему-то не тронула. Или, может, просто не успела.
— Ну бабуль… Ну… Нам повторить. — весело комментирует Зверь, похлопав парня по спине.
Рома недовольно принюхивается к содержимому тарелок на столе, бросая на меня осуждающие взгляды. Я отвечаю уничтожающим:
— Писечка?!
— Лялька же не понравилась. — равнодушно отзывается он. — Должен же я тебя как-то называть.
— Как на счёт, Лиля? М?
— Скучно и неинтересно. — мужчина разводит руками, резко меняя тему:- Здесь вообще что-то пахнет?!
Я вздрогнула от резкого тона. Нахмурилась и заинтересованно подалась вперёд:
— Ты совсем не чувствуешь запах?
— Благодаря тебе!
— Не, я здесь ни при чём. Будь ты любезнее и менее страшен, я бы и не подумала пускать в ход газовый баллончик. — развожу руками, подвигая в свою сторону тарелку с жареными рёбрышками и красным соусом. — Запах, кстати, умопомрачительный. — улыбаюсь, не скрывая ехидства.
— Весело тебе, да? — щурится он.
— А что? Грустно должно быть? Мы же были в медицинском центре. Настоящем. Почему ты не обратился за помощью? Знаешь, сколько у меня таких баллончиков по сумкам и ящикам валяется? Папа снабжал и подкладывал их мне всюду. Как видишь, не зря!
— Конечно, не зря, Писечка! — неожиданно он кивает. — Непонятно только зачем это ему было нужно. Баллончик-то непростой. И восстанавливаться мне ещё очень и очень долго, что не может не нервировать. Откуда Конон вообще мог знать, что ты станешь иной, или с тобой захотят пообщаться иные? Ты же чувствуешь запах, а я нет. Да и Эйн говорит, что многие составляющие не удаётся отделить от общего состава. У генерала было… пусть будет оружие против оборотней. Интересно, для чего же оно ему потребовалось, если он водил тесную дружбу с моим отцом и не выступал против нас, а?
— У тебя жар? Ты бредишь. Я половины не поняла. — вгрызаюсь в жареное мясо и интенсивно жую. — Ешь лучше. И не называй меня Писечкой. Никогда!
— Хорошо, Лялька. Уговорила.
Мы ели в тишине. Удивительно, но абсолютно всё мне пришлось по вкусу. Возможно, раньше я бы возмутилась или не стала, к примеру, есть стейк средней прожарки, то сейчас, я пробовала абсолютно всё. И всё мне нравилось и елось с удовольствием. Преимущественно мясо. Ни салатов, ни десерта, ничего. Изобилие мясных блюд и нарезок.
Морда тоже не голодала. Мы оба подкидывали ей в тарелку то одно, то другое, что тут же скрывалось в пасти.
Взглянув на часы, Рома окунает пальцы в рукомойницу с долькой лимона, стоящей на столе, и вытирает руки салфеткой, следуя моему примеру.
Кажется, я переела. Навалилась такая лень, что идти куда-нибудь совершенно не хотелось.
— Почему официант говорил о боях? — я решаю завязать разговор, раз уж меня не спешат куда-то уводить в очередной раз. — Ты же ушёл из бокса.
— Я и ушёл. Надоело калечить людей. — только и отвечает он, высматривая в окне официантов.
— Это что, всё? — разочарованно произношу я. — С тебя каждое слово клещами нужно вытягивать. Ушёл из бокса в бои без правил? А там нелюди, что ли? Ну и так далее…
— Ну а ты как думаешь? — Рома переводит на меня взгляд, вновь замолчав.
— Какая разница, как я думаю? — его манера вести диалог откровенно злит. — Я задала вполне нормальный вопрос. Ладно, вопросы. Тяжело ответить как есть?
— А может мне интересен ход твоих мыслей?
— Бесишь! — искренне шиплю я.
— Ну и ладно. — он усмехается, подняв руку вверх, подзывая официанта через стекло. — Кофе будешь?
— Буду!
Дозаказав кофе, несколько десертов и воды Морде, Рома неожиданно задаёт странный вопрос:
— Ты уже придумала, где мы познакомились?
— Что? А-а-а-а… Почему я? Ты же меня в свои невесты записал. Я думала, ты мне уже выдашь заготовленную информацию.
— С фантазией у меня не очень, Лялька. Решил посоветоваться с тобой.
Надо же. Посоветоваться он решил. Я радоваться, типа, должна? Раньше он не мог посоветоваться?
