Утром я отказался от завтрака, велел аменокалю ждать меня у источника и в сопровождении Кижа двинулся искать Павшего. Через широкий разрыв в скалах мы вошли в кольцо Габаль-Эль-Увейнат, словно в ворота крепости.
— Константин Платонович, что это?
Киж указал на скалу, всю покрытую странными рисунками. Львы, жирафы, страусы, газели, фигурки людей и сцены охоты.
— Петроглифы, Дмитрий Иванович, наскальные рисунки древних людей.
Пока искали вход в гробницу, мы видели тысячи и тысячи таких рисунков. Думаю, это место было местом поклонения задолго до того, как туареги появились в этой пустыне. Киж частенько останавливался, чтобы их рассмотреть, качал головой и восхищённо цокал языком.
— Дмитрий Иванович, не отставай. Потом будешь любоваться.
— Да-да, один момент!
Через пару часов поисков я увидел тёмный провал входа в гробницу. Камень вокруг входа был покрыт затейливой резьбой, а площадка перед ним была тщательно выровнена. А концентрация чужой силы и страха стала максимальной.
— Готов, Дмитрий Иванович?
— Так точно!
— Только, пожалуйста, не лезь на рожон. Прикрой мне спину и не стреляй без команды.
— Да разве ж я когда…
— Постоянно, Дмитрий Иванович. Потому и предупреждаю.
Я зажёг на ладони магический огонёк и шагнул на лестницу, круто уходящую вниз.
Спуск по истёртым ступеням занял почти полчаса. Мы спустились глубоко под гору и оказались в нерукотворной пещере. Почти идеально круглая, с высоким сводом, с настоящим сокровищем в центре — маленьким прозрачным озером. На противоположном берегу стоял каменный ящик, закрытый тяжёлой крышкой. Похоже, это и была усыпальница Тин-Хинан, захваченная Павшим божком. Если бы не его эманации, разлитые в воздухе, это место навевало бы покой и тихую грусть, как и полагается мавзолею.
Я чувствовал, что Павший совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. Его мощь не шла ни в какое сравнение с Исидой или Гекатой, как крохотный ручеёк перед ревущим водопадом. Пожалуй, даже покойный Голицын выглядел более внушительно, чем этот низвергнутый божок.
— Где ты прячешься? Выходи!
Его сила пришла в движение, будто пыталась отодвинуться от меня. А страх, больше похожий на ледяной ужас, усилился ещё больше. И в этом страхе, как в зеркале, я увидел себя.
Не сильного Талантливого мага, и даже не некроманта. Павший видел во мне хищника, чья добыча — такие, как он. Столкновение с двумя Павшими богинями оставило на мне незримый след. Да, всю работу сделала Хозяйка, я только ассистировал, но даже участие пометило меня как убийцу богов.
— Я знаю, что ты здесь! — В моём голосе прозвучали злые нотки. — Выходи или я вытащу тебя сам!
Тени у дальней стены дрогнули. Из темноты кривобокой походкой вышел карлик. Несуразный, с заплаканным лицом и дрожащими руками. Он обречённо понурился и побрёл ко мне.
— Туту, сын Нейт… — У карлика оказался тонкий голос, больше подходящий ребёнку. — Приходящий к зовущему его, лев, охраняющий гробницы, управляющий демонами Сехмет и скитающимися демонами Баст явился на твой зов, Убийца.
Павший встал на колени и всхлипнул.
— Только прошу, убей меня быстро.
Я не успел ничего ответить. Рядом со мной появилась фигура с головой шакала и шагнула к Павшему. Анубис навис над ним и коротко рыкнул.
— Это ты, Лежащий на девяти луках? — карлик вымученно улыбнулся. — Так и знал, что ты оказался мудрее всех нас и выбрал лучшую долю. Ты сам приведёшь приговор в исполнение или это сделает твой Хат? — он покосился на меня с затаённым ужасом.
Анубис выдал длинную тираду из рычания и скулящих звуков. Непонятную мне, но осмысленную для Павшего. Туту поднял голову и внимательно смотрел на Анубиса, то кривя личико, то поднимая брови.
— Я слишком слаб, Инпу, — вздохнул он. — Слишком долго я бежал и прятался.
Мой Талант снова рыкнул, сердито и грозно.
— Она не примет меня, — Туту вздохнул. — Это ты силён, Инпу, а я лишь бледная тень прошлого могущества. Что я могу? Даже поднятые мертвецы не слушаются меня: перестали охранять моё убежище и пожирают живую плоть. Что я могу предложить ей?
Обернувшись, Анубис сделал мне знак отойти к лестнице. А сам уселся напротив Туту и снова начал что-то «говорить».
— О чём они беседуют, Константин Платонович? — шёпотом спросил Киж.
— Да чёрт его знает! Ты, Дмитрий Иванович, лучше поднимись наверх на всякий случай. Вдруг гули заявятся или ещё что.
Я выразительно посмотрел на него.
— Понял, не дурак. Дурак бы не понял. Вы, если что, зовите, я быстро спущусь.
Я не зря отправил Кижа из мавзолея. На секунду почудилось, что на беседующих бывших богов обратила внимание Хозяйка. Уж больно знакомые мурашки побежали у меня по спине.
Анубис внезапно встал, а следом вскочил и Туту. Карлик кинулся куда-то в глубину пещеры, а Талант стал махать рукой, подзывая меня к себе.
— Сегодня не надо никого убивать, — прорычал он, хитро подмигнув. — Защитнику гробниц найдётся полезное дело
Туту уже спешил назад с длинным свёртком под мышкой. Он подбежал ко мне и низко поклонился, положив ношу на каменный пол.
