— Молчать! Молчать! — И, прищурив глаза, Теймур-хан впился взглядом в дымчатые очки дядюшки, а затем, чеканя каждое слово, добавил: — Сейчас, когда благодаря моей научной системе мгновенного ошарашивания удалось напасть на важный след, вы поднимаете шум?! Кстати, откуда вообще известно, что вы сами не являетесь соучастником преступления?!
Шамсали-мирза взял дядюшку за локоть:
— Не связывайтесь, ага… Пусть вся эта комедия кончится, а уж тогда мы разберемся…
Сыщик, снова приближавшийся к Асадолла-мирзе, резко остановился и, не оборачиваясь, в который уже раз напомнил присутствующим о страшной ситуации, в которую они попали:
— Убийство… сокрытие трупа… оскорбление должностного лица при исполнении служебных обязанностей… препятствия, намеренно чинимые в ходе расследования… нанесение телесных повреждений должностному лицу… и, наконец, применение угроз по отношению к служителю закона!
Асадолла-мирза замахал руками, пытаясь вступиться за Шамсали-мирзу:
— Моменто, моменто! Извините, господин инспектор. Брат немного нервничает…
Сыщик немедленно набросился на него:
— Прекрасно! Зато вы не нервничаете, а потому расскажите о тайне, связанной с Сан-Франциско. Быстро, немедленно, срочно! Мое шестое чувство подсказывает мне, что ключ к разгадке всей этой запутанной криминальной истории именно в Сан-Франциско. Отвечайте!
— Вы совершенно правы. Но позвольте, я объясню вам на ухо.
— Молчать! На ухо запрещено!
Асадолла-мирза, с трудом сдерживая смех, почесал затылок и сказал:
— Да, но как бы мне вам растолковать… Сан-Франциско — это такой город… Очень большой город…
— Молчать! Приберегите ваши уроки географии для кого-нибудь другого! Я сам знаю, что Сан-Франциско — большой город, расположенный в Европе… Ну а дальше-то что? Отвечайте!
— Моменто! Нам не столь уж важно, в Европе или в Америке находится Сан-Франциско, но главное, что это — порт… И поскольку корабль Дустали-хана не мог благополучно швартоваться в этом порту… Дело в том, что корабль был в аварийной ситуации, а от порта тоже остались одни развалины…
Воплии Азиз ос-Салтане прервали рассказ Асадолла-мирзы:
— Заткнись! Князь голозадый! Так тебя сейчас двину, что собственными зубами подавишься! — И она разразилась неправдоподобно горестными рыданиями.
Сыщик подошел к ней:
— Ханум, я понимаю вашу скорбь, но прошу, потерпите еще немного. Убийца от меня не скроется!
— Воздай вам господь за вашу доброту, господин инспектор, но… я… я… уж совсем духом упала. Я твердо знаю, что убийца моего несчастного мужа — этот самый князь Он с давних пор, еще когда виды на меня имел, мужа моего терпеть не мог.
Асадолла-мирза так и подпрыгнул:
— Моменто! Вот уж действительно моменто! Это вы о ком говорите, ханум? Я имел на вас виды?!
— Известное дело… А ну посмотри мне в глаза своими бесстыжими буркалами и скажи — разве ты за мной не ухлестывал?!
— Господи спаси! Да чтоб мне тем самым кухонным ножом оба глаза выкололи!
— Я сейчас в рожу твою наглую плюну! Разве еще когда мой покойный первый муж жив был, ты на меня не поглядывал? А когда бедняга уже при смерти лежал, разве не ты меня в коридоре поцеловал?
— Да я бы скорее самовар раскаленный поцеловал, чем тебя!
Азиз ос-Салтане бросилась на Асадолла-мирзу, но сыщик и дядюшка Наполеон встали между ними. Поднялся невообразимый гвалт, кричали все, но пронзительный голос Азиз ос-Салтане был громче всех:
— Господин сыщик!.. Он, он убил моего мужа!.. Я знаю, сведения у меня есть верные! Это он, князь голозадый, мужа моего порешил! С виду про него и не подумаешь, а он — убийца! Убийца! Зверь!.. Я даже знаю, куда тело моего мужа закопали!
Крик Теймур-хана заставил всех вздрогнуть.
— Молчать! — Вплотную подойдя к Азиз ос-Салтане, сыщик тихо произнес: — Ханум, эта минута может стать критической!.. Вы сказали, что знаете, куда убийца спрятал труп вашего мужа?
— Да, да! Знаю!
— Почему же вы до сих пор мне об этом ничего не говорили?
— Потому что сначала арестуйте убийцу!.. Чтобы он от вас не убежал!
— Молчать!.. Где труп? Быстро, немедленно, срочно, точно!
— В саду его закопали!
Дядюшка Наполеон взревел:
— Ханум, постыдились бы! Что за чепуху вы несете?!
— А вы… молчать! Пойдемте в сад!
Сыщик проворно ощупал карманы Асадолла-мирзы, выясняя, не прячет ли тот оружие, и заявил:
— Вы арестованы! Без моего разрешения не имеете права делать ни шага! Молчать!
Вслед за Азиз ос-Салтане мы все отправились в сад к огромному кусту шиповника необыкновенной красоты, который дядюшка Наполеон любил больше всего и, наверное, больше всех на свете.
Приглядевшись, я различил за ветвями самшита прятавшегося там отца. С дьявольской усмешкой он наблюдал за развитием подготовленных им событий. Но я в тот момент держал за руку Лейли, и все остальное потеряло для меня важность. Азиз ос-Салтане топнула ногой оземь и заявила:
— Дустали закопали под этим шиповником!
Сыщик властно приказал Маш-Касему:
— Лопату и мотыгу!
Маш-Касем испуганно покосился на дядюшку. А дядюшка с пеной на губах яростно схватил сыщика за воротник и закричал:
— Вы что это задумали? Хотите мой шиповник выкорчевать?!
