Перед прекращением оперы в русских сезонах Дягилев составляет длиннейший список комических опер, в котором видное место занимает Делиб, и устанавливает любопытный «Большой проект» опер (так он и называется в черновой тетради Дягилева): 1) «Кармен» – Бизе, 2) «Князь Игорь» – Бородин, 3) «Псковитянка» – Римский-Корсаков, 4) «Пиковая дама» – Чайковский, 5) «Евгений Онегин» – Чайковский, 6) «Золотой петушок» – Римский-Корсаков, 7) «Мавра» – Стравинский, 8) «Мейстерзингеры» – Вагнер, 9) «Звезда» – Шабрие, 10) «Так сказал король» – Делиб, 11) «Джамиле» – Бизе, 12) «Итальянка в Алжире» – Россини, 13) «Вексель на брак» – Россини, 14) «Снегурочка» – Римский-Корсаков, 15) «Дон-Жуан» – Моцарт, 16) «Севильский цирюльник» – Россини, 17) «Поль и Виргиния» – Сати («Поль и Виргиния» очень часто фигурирует в списках Дягилева), 18) «Фальстаф» – Верди, 19) «Любовный напиток» – Доницетти, 20) «Дон Паскуале» – Доницетти, 21) – Филидор, 22) «Служанка-госпожа» – Паизиелло, 23) «Яичница à lа Фоллембуш» – Делиб, 24) «Царь Додон» – Прокофьев, 25) «Лакме» – Делиб.
В той же мере, как балет и оперы, интересуют в это время Дягилева выставки. Первый проект выставки сводится к трем следующим выставкам: 1) Выставка французских пейзажистов и Руссо, 2) Выставка испанской живописи и Сезанн, 3) Выставка театра. Первая выставка (которую Дягилев скоро расширил в мыслях и не стал ограничиваться одними пейзажистами) должна была заключать в себе картины Пуссена, Клода Лоррена, Юбера Робера, Коро, Руссо, Мане, Моне, Писсаро, Матисса, Марке, Дюфи, Вламинка, Дерена, Лота, Лорансен, Делоне, Сёра, Курбе, Синьяка, Глеза, Фрагонара, Бланша и других; испанскую выставку должны были составлять Сурбаран, Греко, Гойя, Диаз, Утрилло, Пикассо, Серт, Гри, Морис Бланшар, Ривера, Рибейра, Зулоага; в выставку театра должны были входить Ларионов, Гончарова, Сюрваж, Пикассо, Гри, Дерен, Матисс, Бенуа, Лорансен, Леже, Гордон Крейг, Лова Фрайзер [Fraiser], Зак [Zack], Федоровский, Стеллецкий, Хуго Румбольд, Лотрек, Сёра, Бибиено, Гонзага, Панини, Кирико и проч. и проч. Предполагает Сергей Павлович устроить и выставку портретов (Энгр, Мане, Моне, Ренуар, Дерен, Пикассо, Модильяни, Руссо), выставку couture[226] и целый ряд других выставок, для которых назначает даже определенные даты:
С 1 января по 21 января: выставка французской живописи.
С 24 января по 13 февраля: выставка испанского искусства.
С 16 февраля по 1 марта: ретроспективная выставка живописи независимых.
С 4 марта по 17 апреля: выставка моды и бижутерии.
С 20 марта по 2 апреля: выставка Русского балета.
Эти планы выставок не были просто промелькнувшей мыслью Дягилева: с одной стороны, он уже многое приготовил для этих выставок и собрал очень значительный материал (в тетради Дягилева записано много справок о том, где и у кого находится та или иная картина, которая могла бы пойти на выставку), с другой стороны, он вел переговоры с дирекцией Монте-карловского театра, которые дошли до такой стадии, что Дягилев уже набросал проект контракта.
Дягилев должен был заменить в Монте-Карло Рауля Гинцбурга, но он не мог ограничиваться скромною ролью оперного антрепренера и мечтал о громаднейшем художественном деле, о сосредоточении художественной жизни в новом центре – в Монте-Карло. При тех отношениях, какие у него были с молодым монакским принцем Петром, его постоянным защитником и просвещеннейшим меценатом, он мог думать, что будет принято его «предложение», касающееся балета («Ballet classique – Ballet russe»[227]), оперы-буффа, фестивалей, концертов, выставок и камерных концертов в Palais des Beaux Arts[228] Монте-Карло (тут же записаны «вопросы» о бюджете Монте-карловского балета, опереток, новых постановок, Palais des Beaux Arts). В это «предложение» не входил театр марионеток – очевидно, потому, что мысль о нем пришла Дягилеву уже после тех грандиозных проектов; но в том же 1923 году он составляет программу театра марионеток:
I.
II.
III.
IV.
