Диалоги полностью

К у х а р е н к о (перебивая). Невозможно уже повернуть! Невозможно!.. Сейчас критическая ситуация… (Обнимая Громких.) Я тебя понимаю, Данилович! Что, у меня не бывает таких минут?.. Но пойми, за моей позицией тоже стоит своя реальная правда. В конце концов, есть соответствующее решение, сроки! Наше дело простое — выполнять. А философствовать: как да что — и ничего не сделаешь…

Г р о м к и х. Правда уставшего человека, правда руководителя, выпустившего из рук власть над ходом событий и боящегося ответственности, — вот что за тобой.

К у х а р е н к о. Ты сейчас пьян слегка, Бывает. Ничего, выспишься… Бывает…

Молчание.

Это, наверное, даже полезно? А? Надо иногда выговориться, чтобы душу очистить! Что, я не понимаю, что ты прав! Конечно, прав. Но и я прав. И ход событий часто зависит больше от ерунды. Приходится стоять и на одном месте с видом скорого марша, и отступать с криком атаки. Пойми, уже невозможно!.. Люди отыскивают тайные связи, глубокие замыслы. А всего этого вовсе нет! После все придумано. А мир наивнее, проще. Действуют страсти, страхи, предрассудки, привычки, незнание, увлечение, а ум… Ум приходит производить следствие потом. Ну ладно. Болтовня и есть болтовня. Пойду-ка в свои апартаменты. (Поднимаясь.) Не провожай. Машина внизу?

Г р о м к и х. Уходишь? Оставляешь возможность для отступления?

К у х а р е н к о. Брось! Хватит!

Г р о м к и х. Пойми! Не хочу я больше твоего кода! Этой философии всепонимания. Все понимать, все видеть!..

К у х а р е н к о. Ты на каком-то собачьем языке говоришь!

Г р о м к и х. Нет, выходит, больше Кухаренко?.. А по колоритности решений, по риску?.. Богатейшая техническая эрудиция?.. Куда это все девается? Куда это все делось? Только проржавевшая оболочка? Пустая оболочка? У меня другой страх! У меня страх перед таким разложением…

К у х а р е н к о (жестко). Ты выпил сегодня много! Пьян, сволочь!

Г р о м к и х (медленно и четко). Я не пьян. И ты отлично знаешь, что я не пьян!

К у х а р е н к о (зло). Так вот, завтра с утра проедем по заводам. Посмотрим, как дела. Потом будем писать докладную записку!.. Будем готовиться к совещанию в Совмине. И проспись! Все понял, что я тебе сказал? Протрезвись и проспись!

Г р о м к и х. Понятно. Все очень понятно.

Кухаренко уходит.

(Оставшись один.) Щель оставил для отступления… Ночь… Последняя ночь!..

В больничном саду. За столом, уткнувшись в историю болезни, — Б о р и с  С е м е н о в и ч. Входит  м е д с е с т р а.

М е д с е с т р а. Борис Семенович, к вам генеральный директор комплекса… Сам Громких!

Б о р и с  С е м е н о в и ч. Громких? Просите!

М е д с е с т р а. А он ничего… Обыкновенный. Зачем, интересно, он здесь? Неужели обследоваться?.. На машине сейчас подъехал.

Б о р и с  С е м е н о в и ч. Просите! Что же вы! Просите!

Женщина уходит. Спустя мгновение появляется  Г р о м к и х.

(Идя навстречу.) Милости прошу! Александр Данилович, если не ошибаюсь? (Пожимая руку.) Цитрин Борис Семенович. Прошу! Тут у нас не очень пышно, но листва, воздух.

Г р о м к и х. Рад познакомиться. Громких. Извините, ради бога, что без предварительного звонка…

Б о р и с  С е м е н о в и ч. Ничего, ничего. Рад! Как раз сейчас я более или менее свободен… Пожалуйста! Прошу вас! Располагайтесь поудобнее. (Взглянув на остановившуюся женщину.) Роза Гареевна? Спасибо.

Женщина уходит.

Слушаю вас.

Г р о м к и х (улыбаясь). Нет, нет, речь не обо мне. Как мне доложили, у вас на обследовании находится инженер Ахматов?

Б о р и с  С е м е н о в и ч. Да.

Г р о м к и х. Что с ним?

Б о р и с  С е м е н о в и ч. Ничего страшного. Я хотел отправить его в областной центр, но, думаю, мы справимся сами. Немного полежит, успокоится, придет в себя… Память к нему уже вернулась. Правда, провалы еще наблюдаются. Но думаю, все будет хорошо.

Г р о м к и х. Что с ним случилось? В чем, вы полагаете, причина?

Б о р и с  С е м е н о в и ч. Это… Своего рода это бегство от самого себя! Результат нервного стресса.

Г р о м к и х. Бегство?

Б о р и с  С е м е н о в и ч. Ну, знаете, человек всегда старается избежать ситуаций, обнажающих чувство его неполноценности. А в случае с Ахматовым… Я врач… Если позволите, будем говорить откровенно! Правда, я думаю, наиболее короткий путь…

Г р о м к и х. В данных обстоятельствах, разумеется. Я слушаю вас.

Б о р и с  С е м е н о в и ч. Как мне удалось выяснить…

Г р о м к и х. Да… У меня был с ним один неприятный разговор!