– Если опираться на эту концепцию, то выходит, что и президент – раб народа, который его избирает и наделяет определенными полномочиями?
– Это уже совсем для дураков – никто президентов, как и родителей, не выбирает. Я тоже был идиотом, участвовал в президентских выборах. Президент – назначаемая должность, это исполнитель.
– Рынок дорогостоящих продуктов, на котором вы работаете, довольно конкурентный. Вы пытались понять, кто заходит в ваши лавки в ситуации существования таких крупных сетей премиум-сегмента, как «Азбука вкуса» и «Глобус Гурмэ»?
– К нам приходят умные люди. Те, кто способен задавать вопросы, почему это столько стоит, из чего у вас делают хлеб, откуда берете зерно, как доите коров и так далее. Потому что в «Азбуке вкуса» на эти вопросы им никто не ответит. Вот подойдите там ради эксперимента к продавцу и спросите: «А как у вас молоко надоено?» Они вам скажут, что вы дурак. Поэтому туда ходят тупые люди, которым в принципе не нужно получать никаких ответов, а умные идут к нам. У нас очень мало покупателей, потому что умных людей реально мало, тем более среди богатых. Вообще, есть такое правило – чем богаче человек, тем он глупее. Исключения есть, но они лишь подтверждают правило. Потому что если вы не идиот, вы не добьетесь больших успехов в том мире, который работает по правилам дебилизма. Чтобы оставаться очень богатым, нужно пожертвовать семьей, друзьями, сто раз предать Родину, отречься от Христа и так далее.
Мне близки искренние люди вне зависимости от их вероисповедания, а среди богатейших людей таких почти нет. Им нужны только бабло, успех, карьера и отстаивание своих интересов. И им, в общем-то, все равно, что есть, поэтому они идут в «Азбуку вкуса», «Глобус Гурмэ» и покупают там все это и травят своих детей, как крыс.
– Любопытно было бы узнать, есть ли у вас лично и у ваших детей друзья. Классик американской литературы Джером Сэлинджер тоже ведь попытался создать такой закрытый мир для своей дочери, чтобы она лишь бегала по полям и лугам, радовалась жизни, не зная о ее темных сторонах. В результате это стало мукой для нее, о которой она впоследствии написала очень горькую книгу.
– Дочки – это совершенно другая история, это не парни. Дочь, когда подрастает, она уже ломится из дома, так устроен мир. Во все времена отец ее удерживал, сажал в терем и подбирал мужа. А сейчас ситуация другая – в тереме никто не держит, и идут они во все тяжкие – в школах, институтах и так далее… Кто-то в большей степени, кто-то в меньшей – в зависимости от воспитания. Дочь – это отрезанный ломоть. И поэтому нужно искать ей жениха и выдавать замуж, иначе она все равно вырвется и напишет книгу – какие сволочи, держали меня за высоким забором и так далее.
– А что сыновья?
– У парней же совершенно другая история – они не предназначены, чтобы уходить из дома. Они предназначены для того, чтобы наследовать то, чего добился их отец. Так задумано Богом. И поэтому их никуда, за редкими исключениями, не несет. Для них этот забор не клетка и не ограда, а их крепость. Это совершенно разный тип психологии, я говорю со знанием дела. Дочка у меня уже замужем, и я пережил этот момент, когда она ломилась – это был полный атас. А жена была ее союзницей. Ужас, конечно. Сейчас у нее уже четверо детей, она с улыбкой тоже обо всем об этом вспоминает.
– Возвращаясь к теме дружбы – есть ли у вас такой верный друг, которому вы можете позвонить в любое время и в котором вы уверены, что он вас не подведет?
– Любой христианин мой брат. Я всегда откликнусь на его просьбу, и думаю, что он тоже не откажется помочь.
– То есть вы при необходимости обращаетесь и не разочаровываетесь?
– Нет, ни разу не было разочарования. Случались конфликты, бывали ссоры, но это милые ругательства, потеха. А потом идет примирение, и снова все в порядке.
– А ваши сыновья дружат между собой?
