– То есть вам совсем не знакомы ставшие впоследствии известными и получившие огромные сроки лишения свободы лидеры группировки Илья Горячев, Никита Тихонов, Евгения Хасис и другие?
– Илья Горячев приходил ко мне дважды, просил денег на сербский журнал, я не дал. Остальные мне не знакомы. Учитывая то, что показания давали люди, которые уже осуждены, а делом занимались известные либеральные адвокаты Фейгин и Полозов… А следом крупные СМИ едва ли не на следующий день дали на первых полосах материалы о том, что я террорист и финансирую всю эту деятельность, я, будучи взрослым человеком, понял, что уже приговорен. Поэтому мы и уехали – буквально в течение трех минут, пока обострение не закончилось. Взяли только документы, деньги и на «убитой» машине рабочего выехали в Беларусь, оттуда вылетели в Ереван, а потом перебрались в Карабах, где некоторое время и отсиделись…
– Почему именно туда?
– Непризнанная республика, нет договоров с Интерполом. Ну и, кроме того, она не враждебна России. Если бы, к примеру, уехать в Лондон, откуда тоже нет выдачи, то это как бы объявлять себя врагом той власти, которую я вообще-то поддерживаю. Это было бы предательством.
– Хотя вы, по вашим словам, не знаете никого из БОРНа, вы не скрываете, что являетесь сторонником Движения против нелегальной иммиграции (ДПНИ)[10]…
– Да, они помогали мне клеить листовки, когда я участвовал в выборах мэра Москвы в 2003 году, и я платил им за это деньги. Это движение тогда только зародилось, и я его с удовольствием поддержал.
– А сегодня вы можете отнести себя к сторонникам какой-нибудь политической организации? Известно, что у вас довольно теплые отношения с Владимиром Жириновским…
– Конечно, я по-прежнему против нелегальной иммиграции. Считаю, что это преступная политика, создающая отвратительный фон и очень сильно нарушающая демографическую ситуацию в стране. По сути это ползучая колонизация, а я категорически против заселения России мигрантами из Средней Азии и Китая и никогда этого не скрывал.
– Вы прежде всего известны как предприниматель – один из первых в нашей стране долларовых миллионеров. При этом, когда вы бежали в Карабах, вы тут же выставили на продажу недорогой, в общем-то, автомобиль. Выходит, у вас на тот момент совсем не было средств к существованию?
– Ни на тот момент, ни на этот у меня нет ни одного счета, тем более зарубежного, у меня нет никаких сбережений. Что у меня есть, так это крестьянское хозяйство, а больше ничего. Ну еще арендованные магазинчики, из которых продаются продукты, в том числе и из Слободы.
– А как же вы лично и ваш, назовем это так, бизнес существуете, если плюс ко всему вы не признаете кредиты и банковскую систему в принципе?
– Скромно… Скромно надо существовать.
– Как в такой ситуации элементарно сводить концы с концами?
– Производить натуральную продукцию, продавать ее за достойные деньги и иметь прибыль. И на эти деньги жить. Вот у нас есть девять магазинчиков, открывается десятый – в Ананьевском переулке, где мы с вами и познакомились… Из этих магазинчиков мы получаем прибыль и тратим на свою жизнь. Это не много денег, не какие-то бешеные миллионы, которые были раньше, но этого нам хватает, потому что у нас и затрат-то особых сейчас нет. Мне лично уже не нужны расходы на костюмы Brioni, самолеты, развлечения и так далее – все это мне просто неинтересно. Поэтому денег нужно значительно меньше. Продукты у меня свои, я ничего не покупаю в магазинах. Вообще у крестьян расходы значительно ниже, чем у вас. Некуда тратить деньги в ежедневном режиме. У вас ведь все время их что-то сосет: налоги, расходы, сборы на капремонт, ЖКХ и прочее.
– Ну налоги-то вы наверняка тоже платите?
– Только с магазинов, а больше мы ничего не платим.
– А зарплаты сотрудникам? Кстати, сколько у вас их хотя бы примерно? И как они работают – за деньги или все-таки за идею?
