– Я очень высоко оцениваю эту работу, у нас очень тесное взаимодействие. На мой взгляд, контекст вопроса немножко ошибочен, потому что не одно наше министерство, но и Минкультуры России, и Минспорт России принимают участие в работе «Сириуса». Каждое из наших министерств участвует в подготовке ребят по своим направлениям.
Каждый ребенок талантлив, но задача помочь ему раскрыться – это, конечно, работа хоть и небыстрая, но крайне необходимая. Поэтому мы поддерживаем и субсидируем создание в других регионах центров для поддержки способных ребят. Они могут идти по своей траектории, но при этом учитывать тот большой опыт, который есть.
Параллельно с этим, вы знаете, у нас есть огромная сеть центров технической направленности «Кванториум», и они очень эффективно решают вопрос о подготовке будущих инженеров для страны и ребят, которые заинтересованы в естественно-научных и технических дисциплинах. Очень важно, что «Кванториумы» сейчас мы открываем и в малых городах. А вот нашим ребятам, которые живут в очень далеких регионах, раскрыть себя помогут мобильные передвижные «Кванториумы».
Параллельно мы занимаемся ранней профориентацией, сейчас действуют два очень больших проекта – «Билет в будущее» и «Проектория», которые как раз направлены на раскрытие способностей и знакомство ребенка с тем прекрасным миром, который вокруг него, и дают возможность найти себя в более раннем возрасте. Что же касается «Сириуса» – это хорошая инфраструктура, прекрасное местоположение, программа, педагоги, возможность встречи с удивительными людьми – музыкантами, актерами, режиссерами и спортсменами. И потом там готовится наша международная команда. Мы работаем в тесном контакте. Наша задача – помочь раскрыться каждому. Не должно быть жесткого отбора, особенно на первых этапах.
– В продолжение темы одаренных детей, или особенных детей. Вы ведь и сами отчасти участвуете в этом отборе, например, к 1 сентября планируется открытие 101-й опорной школы РАН.
– Нам очень важно создать все условия, чтобы подрастающие дети, ушедшие в науку, работали на благо своего региона, чтобы в каждом из них были научные центры, научные институты, университеты. Чтобы взаимодействие школы, университета, научного центра и производства работало на регион. Это главная задача.
– Идея, конечно, прекрасная. Но нет ли здесь риска, что учащимися этих особых школ станут исключительно дети региональных элит?
– Нет. Сначала это будет углубленный класс, потом это будут два класса, потом… а я напомню, что у нас с первого по пятый класс не может быть никакого конкурса. Есть еще один момент, о котором мы почему-то постоянно забываем. Любой класс или школа с углубленной направленностью – это пахота. Как бы страшно это ни звучало из моих уст, но это пахота. Ничто не приходит ниоткуда, понимаете? Ребенок трудится, ребенок старается, ребенок любит это дело, но ребенок перегружен, я страшно против этого. Я очень переживаю, потому что в моем школьном детстве такой перегрузки не было. Я часто встречаюсь с родителями, и когда ребенок в 6-м классе сидит по 5 часов за выполнением домашних заданий – это жуть. Недавний вопрос от одного родителя: «Вы знаете, Ольга Юрьевна, что делать? Мне приходится читать своей дочке учебник географии и пересказывать, объясняя, что все это значит». Потеря функционального чтения. Ребенок не понимает текста. Много лет мы не опирались на науку в образовании. Столько было сделано в образовании в 60-е, 70-е, 80-е годы, а потом большой-большой отрыв. Но наука была всегда. И на сегодняшний день нам нужно, во-первых, возвращаться к тем данным, которые есть, нарабатывать новые, я уже много раз говорила, что у нас нет фундаментального труда по детской физиологии за последние 30 лет, а он должен быть. Потому что изменился мир, изменились дети. В окружающем пространстве гаджеты. Как это влияет? Это же интересует не только нас, это интересует все страны. Исследования только начинаются в этой области. Очень много наработок, и необходимо, чтобы это использовалось.
– Но ведь перегружены не только дети, но и учителя. На той самой встрече с президентом вы сказали о сокращении отчетности. Это заявление вызвало, я честно вам признаюсь, бурю эмоций у наших читателей. Они не чувствуют никаких изменений.
