Дьявол из Огайо полностью

Хелен и Дани пребывали в своих собственных заботах: Дани получила главную роль в «Злой», а у Хелен начался сезон хоккея на траве. Папа был поглощен тем, что происходило у него на работе. Никого в моей семье все случившееся не волновало. Мэй была просто девушкой, которой наша семья на несколько дней оказала помощь.

До сих пор я старалась не напоминать о том, что должна сделать портрет Мэй и взять у нее интервью для «Людей, которых вы не знаете». Себастьян дал мне несколько недель на подготовку первой статьи. Я все время говорила себе, что завтра же попрошу ее сфотографироваться – а потом откладывала это еще на день. Я также пыталась придумать пять вопросов для своей колонки, но Себастьян пока не был удовлетворен ни одним из них.

– Правильная мысль, но сформулируй ее поконкретнее, – твердил он.

Тем временем Мэй ходила за мной по школе как тень. Я надеялась, что за прошедшие несколько дней выяснится хоть что-то о ее прежней жизни, но Мэй неизменно молчала, слишком занятая наблюдением за окружающими.

Впрочем, люди начали догадываться. Я была рада, что меня практически никогда не замечали. Я не знала, что делать, когда на меня обращают внимание, и в любом случае такое внимание было совсем не тем, чего я хотела. Но несколько человек из моего класса все равно спрашивали, откуда я знаю Мэй и почему она ходит за мной по пятам. Я сказала, что она находится в дальнем родстве с семьей моей мамы и поживет у нас несколько дней. Я знала, что это не удовлетворит надолго учеников нашей школы, изголодавшихся по сплетням. Слухи быстро распространялись в месте, где не происходило никаких важных событий, кроме футбольных матчей и свиданий, поэтому я понимала: если хоть что-то станет известно о том, откуда родом Мэй, это вызовет лесной пожар.

Поскольку сегодня была пятница, я рассчитывала, что если затаюсь до конца дня, то большой футбольный матч в эти выходные против главного соперника нашей школы отвлечет людей, и, возможно, к понедельнику Мэй уедет, и мне не придется отвечать на вопросы.

Но потом случился урок английского языка.

Мисс Рэмси увлеченно рассказывала о «Гордости и предубеждении», что-то о репутации и социальных установках в сельской Англии девятнадцатого века.

– Ладно, ребята. Давайте проведем небольшой опрос! – Двадцатилетняя учительница сделала глоток из своей третьей банки диетической колы за сегодняшний урок. – Поднимите руку, если социальные установки повлияли на вашу жизнь.

Несколько человек неуверенно подняли руки.

Учительница прошествовала по проходам между столами в своих мохнатых зимних сапогах. «Немного переборщила с гардеробом, – подумала я, – учитывая, что на дворе еще только сентябрь».

– Да ладно, ребята, это же социальные установки. Они – серьезное дело, я права? Кто с ними сталкивался?

В конце концов, руки подняли все.

– Именно! – просияла учительница.

Затем мисс Рэмси посмотрела на Мэй, которая сидела в дальнем углу кабинета.

– Итак, Мэй, как социальные установки повлияли на твою жизнь?

Лицо Мэй ничего не выражало. Ее еще никто не отмечал на уроках. Большинство учителей, похоже, давали ей время адаптироваться, прежде чем обращаться к ней. Но я решила, что мисс Рэмси было также интересно, как и всем нам, и она использовала этот вопрос, чтобы узнать больше о странной, бросающейся в глаза девушке.

– Оказали ли на тебя влияние требования, предъявляемые другими людьми в социальной среде? – перефразировала мисс Рэмси.

Мэй смотрела на собственные пальцы, которые перебирали кончики прядей. Обычно она заплетала волосы в косу, но сегодня оставила их распущенными.

Наконец Мэй тихо призналась:

– Да.

Мисс Рэмси присела на край стола, отчего ее короткая юбка задралась до самых бедер.

– Как это сказалось на тебе? Не могла бы ты привести пример?

Все взгляды были устремлены на Мэй. На ней был мой фиолетовый вязаный свитер. Я его уже не носила, потому что он стал мне тесен в животе и груди, но на Мэй он сидел идеально. Она натянула рукава на ладони.

– Я выросла в очень маленьком городке, – начала она. – Люди только и говорили о том, что делают другие.

Мисс Рэмси ждала, пока Мэй продолжит. И остальные ученики тоже.

– Это очень распространено в маленьких городах, – поощрила ее мисс Рэмси, пытаясь направить разговор в нужное русло. – Расскажи нам об этом подробнее. Чувствовала ли ты давление, заставлявшее тебя думать или вести себя определенным образом из-за принятых в обществе установок?

Мэй на мгновение задумалась, а затем произнесла:

– Ну там нужно вести себя так, чтобы людям это нравилось, если не хочешь, чтобы они… рассердились.

Мой пульс участился. Я с тревогой думала о том, что еще может сказать Мэй и как это будет выглядеть со стороны. Собиралась ли она поведать им, что она родом из города, связанного с какой-то сектой? Подумают ли люди, что я могу быть как-то причастна к этому?

Мисс Рэмси спросила, стараясь говорить непринужденно:

– А где ты выросла?

Мэй глубоко вздохнула и ответила:

– В Тисдейле.

С другого конца класса послышался смешок.