Я стерла капельку крови с ноги и сунула палец в рот. По языку разлился металлический привкус крови. Наверное, мне стоит сходить за пластырем, чтобы не заляпать кровью весь ковер.
Направляясь в ванную, я посмотрела на цветок. Я поняла, что никогда не видела белых роз. Обычно они были красными или розовыми – что-то вроде романтической экспозиции. Что же делала белая роза на полу в спальне Мэй?
И тут меня осенило.
Замок на входной двери. Может быть, в дом действительно вломились. Может, сектанты пришли и оставили Мэй белую розу? А она сбежала через открытое окно спальни?
Я должна была найти ее.
Быстро спустившись вниз, я обыскала кухню и гостиную, чтобы убедиться, что Мэй нет в доме. Затем я выскочила через заднюю дверь, прихватив по пути пару ботинок.
Когда я вышла на улицу, меня встретил мелкий дождь. Я помчалась по траве к передней части дома. Ветер усилился, разбросав по лужайке мертвые листья, которые отец еще не сгреб.
Дойдя до дороги, я посмотрела на окаймленную деревьями асфальтовую дорогу. Мне пришлось прикрыть глаза от усиливающегося ливня.
Вдалеке я увидела маленькую фигурку в белом.
Я помчалась по дороге так быстро, как только позволяла мне моя уколотая нога. Я по глупости забыла куртку, и теперь дождь промочил насквозь мою фланелевую пижаму, затрудняя движение.
– Мэй? – позвала я, пытаясь приблизиться.
Но она продолжала уходить прочь от меня по дороге, ее ночная рубашка развевалась на сыром ветру. Куда она шла? Дорога была пустой еще полмили, пока не выйдешь на главную трассу, и даже там ближайшие магазины находились в десяти минутах езды.
– Мэй! – снова закричала я, переходя на бег, чтобы сократить расстояние между нами. Она продолжала идти вперед в одном носке, ровным шагом, почти как робот. Неужели она ходит во сне?
Наконец догнав ее, я выкрикнула ее имя еще раз и рванулась вперед, положив руку ей на плечо.
– А-а-а-а! – вскрикнула Мэй, обернувшись. Ее глаза расширились от страха.
– Прости, я не хотела тебя напугать. Ты в порядке?
Мэй уставилась на меня, ее лицо было мокрым от дождя и выражало растерянность.
– Ты ходила во сне? – спросила я, пытаясь понять, что вообще происходит.
Мэй опустила взгляд на свою ночную рубашку, которая теперь просвечивала почти насквозь. Затем она оглядела мокрый тротуар и качающиеся деревья, недоумевая.
– Мы на улице? – спросила она.
«Ну и дела», – подумала я, но не стала этого говорить.
– Да, – ответила я. Должно быть, она была в трансе, как в тот раз на кладбище. – Я волновалась за тебя, – продолжила я, объясняя, почему вышла за ней. – Я увидела розу в твоей комнате и…
– Розу? – Мэй уставилась на меня, как будто вспоминая о чем-то. – Розу, – повторила она, понизив голос.
Она задрожала всем телом. «О нет, – подумала я. – Плохо дело!» Я сомневалась, что смогу донести ее до дома под дождем, если у нее случится еще один приступ.
– Давай, пойдем обратно в дом. Ты промокла. – Я потянула ее за собой, пытаясь направить в сторону дома.
Но она вцепилась в мою пижамную рубашку своими худыми пальцами.
– Это от них! – закричала она, встряхивая меня. – Роза… они положили ее туда! – Ярость переполняла ее тощее тело, по лицу текли струйки воды. – Они сделали это, чтобы напомнить мне! – кричала Мэй. – Чтобы заставить меня вернуться!
Я уставилась на нее. Легкие мои были полны воздуха, но я не могла ничего ответить. Я не знала, что сказать.
– Они пришли за мной! – Она отчаянно вцепилась в ткань моей пижамы еще крепче, ее волосы беспорядочно рассыпались под дождем. Затем ее голос понизился до шепота, ее зеленые глаза смотрели прямо в мои. – Они пришли за мной…
Внезапно меня саму затрясло.
Сюзанна заглушила двигатель и зафиксировала ручной тормоз – ненужное действие в условиях равнинной местности, где они жили, но она всегда делала это по привычке.
Она посмотрела через лобовое стекло вперед, сквозь бодрящий утренний воздух. На другой стороне парковки размещалось несколько бензоколонок и небольшой магазинчик. Одинокая «Хонда Цивик» заправлялась бензином.
На пассажирском сиденье рядом с Сюзанной лежали папки. Она взяла одну из них и открыла.
«Что за дьявольщина случилась?» – гласил заголовок старой газетной статьи, которую она распечатала. В ней рассказывалось о загадочном мальчике из маленького городка Тисдейл, попавшем в региональную больницу Ремингема, а затем исчезнувшем. В статье не упоминалось о порезах на его спине, поскольку это была частная информация, но Сюзанна сверила даты с архивными данными, которые она тайком взяла из компьютера Конни.
У Виктора Петерсона не было ни страницы в Фейсбуке[45], ни в других социальных сетях. Во всяком случае, у того Виктора Петерсона, которого она искала.
Ожидая в машине, Сюзанна пролистала документы, которые собрала, включая конфиденциальные медицинские карты Виктора. Большая часть информации, содержащейся в этих документах, была неактуальна, поскольку, когда он попал в больницу, он был совсем маленьким мальчиком, и нигде не было его современных фотографий.
