Она указала пальцем на окно, за которым не существовало даже самого понятия материи. Я усердно игнорировал царящую там пустоту и изо всех сил старался в неё не смотреть. Вглядываться в это белое пространство было физически неприятно — в груди неминуемо возникала смесь страха и отвращения.
На стекле образовался иней. Тонкий слой льда сковал мебель в своих объятиях, а появляющиеся в воздухе капельки воды стремительно замораживались, обращаясь в снег и заполняя мою квартиру своим незваным присутствием.
— Михаил Мичурин, — строго произнесла она, — я заморожу это место вместе с твоей жалкой душонкой. А твоё тело… Я заберу его себе и продолжу там, где и остановилась! Я спасу королевство, объединю Северную лигу и докажу, что труды рода Норборгов не были напрасны!
Не хотелось прерывать её радостные возгласы, но…
— Пора взрослеть, Виктория Норборг, — таким же строгим голосом я решил уколоть её сердце. — Мы ведь с тобой одного возраста, правильно? Мой подростковый период, однако же, давно закончился. Не думаешь, что и тебе пора перестать быть капризным ребенком?
Я, чувствуя в себе полный контроль над окружающим пространством, хлопнул в ладоши. Как и ожидалось… Моя воля в этом месте доминантна: снег со льдом немедленно исчез, а глаза Виктории погасли так резко, что это, наверное, было больно.
— Трусливый подонок… Ты представляешь, кому говоришь эти слова?..
— Детям свойственно принимать осторожность за трусость, поэтому ты лишь подтверждаешь мое мнение.
— Я сражалась за будущее своего народа… Хотела уничтожить зло единственным возможным способом — силой — и ради этого рискнула собой… Ты смеешь называть меня капризным ребенком?..
Она перешла на шепот, вероятно, из-за неспособности поверить в услышанное. Была ли она столь твердо убеждена в моей неправоте или, быть может, наоборот удивилась моей проницательности — сложно судить.
— Я видел твои воспоминания.
Я не блефовал. После того как я соприкоснулся с ледяными костями, и перед тем, как проснуться здесь, я просмотрел воспоминания Виктории Норборг.
— Да, деталей я не уловил, но твою сущность я понял прекрасно. Девочка, которая всегда отличалась уверенностью в себе, заразилась комплексом неполноценности от собственной сестры. Это ведь и стало отправной точкой, верно?
— Н-Нет… Я же говорю! Королевство! Оно! Оно…
— Если же Адриана боролась со своим недугом через самообман, то ты решила выйти из влажных фантазий и привнести их в реальный мир. И куда тебя это привело?
Читаемая на её лице тошнота подсказала, что я надавил на правильный рычаг. Придется продолжить…
— Свои мечты о добре и спасении людей ты попыталась осуществить самым глупым способом — силой… Силой, которую изучила недостаточно. Как вообще можно было думать, что за такое могущество не придется платить?
Темноволосая девушка медленно села на стул, с которого минуту назад так энергично вскочила. Отныне её глаза не искали зрительного контакта, а голос позорно молчал.
— Необдуманное, вспыльчивое решение, аккуратно завернутое в стратегию и имитацию глубокого планирования… Именно так ты пыталась доказать себе и своей сестре то, что способна на великие дела. Ребенок.
Я сказал достаточно. Отныне её душа больше никогда не пойдет против моей. Впрочем, желая подстраховаться, я наклонился немного вперёд, приблизился к ней и…
— Адриана никогда бы так не ошиблась, — добавил я.
***
Связать душу и тело с чем-то малоизученным и нестабильным… На мой взгляд, это глупость, граничащая с безумием. Именно поэтому, узнав об уготованной мне роли, я возжелал полностью понять феномен элементальных духов. К счастью, в отличие от Виктории у меня был надежный информатор — древняя демоническая сущность.
— Всё… закончилось?.. — в нескольких метрах от меня наконец-то зазвучал хриплый голос, который я так нервно ожидал услышать.
Лифия вновь была со мной честна — Кирсу удалось спасти. Впрочем, хоть я и доволен тем, как всё закончилось, расслабляться мне ещё рано.
Я, облитый водой, лежал на холодной каменной дороге и имитировал бессознательное состояние. В конце концов именно в таком виде на этой площади находились и остальные наши товарищи: Ленц, Тора и Густав.
— Ребята… — с явным волнением заговорила Кирса. — Ребята, вы в порядке?! Морок!
Как и планировалось, Маледикта сначала подбежала к тому, кто лежал ближе всего, и тот факт, что этим человеком оказался я, не был совпадением.
— Ты жив?.. Морок?.. Морок!
Она присела на колени возле моего тела и, аккуратно положив руки мне на плечи, начала активно меня будить. Выдержав небольшую паузу для правдоподобности, я…
— Кх… Кх-кх…
Глубоко в груди я искусно породил глухой кашель, изображая пробуждение. Откровенно говоря, в эту минуту даже для меня самого стало открытием мастерство обмана, которым я, оказывается, обладал. Приступ кашля, спертое дыхание и неосознанный взгляд только-только раскрывшихся глаз — наверное, даже Лифия не сразу раскрыла бы моё притворство.
— Ки… Кирса?
Далее я планировал вести себя удивлённо и даже шокировано, но к счастью симулировать эти эмоции мне не пришлось. Увидев Кирсу, я испугался по-настоящему…