Феррису пока хватило замка, и он решил обратить свое внимание на виллу, надеясь таким образом установить, где находятся драгоценности – на вилле или в замке. В заключение он решил побольше узнать о привычках обитателей виллы. Возможность сделать это представилась немного раньше, чем он ожидал, и таким образом, что это не принесло ему никакого удовольствия.
Два дня спустя он прогуливался по дороге, которая вела с гор в деревню, и на повороте дороги наткнулся на девушку. Это была не более чем тропинка, с одной стороны упирающаяся в скалы, а с другой обрывающаяся в пропасть. Что произошло до того, как он завернул за угол, Феррис сказать не мог, но, видимо, это была какая-то ссора, потому что он как раз успел увидеть, как девушка подняла хлыст и резко ударила им по лицу своего спутника. Это была подопечная барона, и она ударила большого немца, которого местные жители называли исключительно полковником фон Шаангом. Затем, развернув лошадь, она помчалась по узкой тропинке в сторону Ферриса, а мужчина с полыхающим от гнева лицом мчался следом.
Накануне вечером стоял небольшой мороз, но утреннее солнце уже успело растопить поверхность земли, оставив на ней тонкий налет скользкой грязи. То ли из-за раннего времени года она не позаботилась о том, чтобы подковать своего коня, то ли крутой поворот оказался для него слишком тяжелым, сказать трудно. Перрис, спрятавшийся за кустом в надежде остаться незамеченным, увидел, как задние копыта животного выскользнули из-под него и отбросили его головой к галечному склону. Гравий и камни, упавшие вниз от удара, видимо, напугали его, и он начал бешено скакать и метаться, все ближе приближаясь к пропасти, зиявшей по другую сторону тропы.
Ярость на лице преследователя сменилась страхом, когда он увидел надвигающуюся опасность. Он спрыгнул с лошади и замер, словно застыв от ужаса.
Фотографический ум Ферриса зафиксировал каждую деталь происходящего. Мгновенно осознав, что животное обезумело от падения песка и гравия на уши и глаза и что в следующее мгновение лошадь и всадник могут рухнуть с обрыва, американец бросился вперед и схватил уздечку. Он и думать забыл, что главной целью его жизни в последние несколько недель было не попадаться на глаза именно этим людям.
– Ослабь поводья! – крикнул он ей, когда лошадь попыталась развернуться и броситься на него.
Он увидел, что в ужасе она со всей силы натягивает тяжкие испанские удила, вгоняя острую сталь все глубже и глубже в чувствительную пасть зверя. Кровавая пена брызнула на него.
Она, казалось, не слышала его. Лошадь и всадник приближались к пропасти. Еще один рывок в сторону, как в прошлый раз, и они оба окажутся над пропастью. Видя, что она бессильна что-либо изменить, Феррис отбросил поводья, подскочил к стремени и обхватил ее за талию. Свободной рукой он выдернул кожаный повод из ее безвольных пальцев. Она потеряла сознание… к счастью. Но не запутается ли ее левая нога в стремени, прежде чем он сможет ее освободить? А ведь зверь уже балансировал на краю пропасти! Слава Богу, нога освободилась! Феррис со всей силы бросил свое тело назад и, покачиваясь, оказался над пропастью. Пока он восстанавливал равновесие, в скалы далеко внизу ударилась рыжеватая масса. Раздался грохот, который услышал даже он сам: лошадь брыкнулась и затихла.
Испытывая странную дурноту, Феррис, спотыкаясь, пересек тропинку и положил девушку рядом со скалой. Темные волосы выбились из-под шляпки, обрамляя бескровное лицо с мягкими чертами. Он уже собирался подпереть ее голову своим пальто, собираясь растереть ей кисти рук, как вдруг почувствовал на своем плече чью-то руку. Он забыл о присутствии того человека – фон Шаанга, хотя в голове все еще стояла картина, как он медлит где-то на заднем плане, пока ее жизнь находится на волоске. Как ни странно, он не обратил на него внимания, стряхнул руку и, не поднимая взгляда, принялся растирать запястья женщины.
Рука на его плече напряглась и попыталась грубо развернуть его. В тот же миг он почувствовал резкое движение хлыста по своим плечам. Он мгновенно повернулся и посмотрел вверх. По изумленному выражению лица полковника Феррис понял, что в нем с первого взгляда узнали чужака. Пока они стояли лицом к лицу, один пригнувшись, другой подавшись вперед, рука полковника стремительно переместилась к бедру. Феррис понял, что должен действовать быстро, и так и сделал. Одним движением он заставил голову девушки опуститься на плащ и, чуть сдвинув ноги, бросился на фон Шаанга. Резкий удар кулаком в подбородок немца и лязг оружия из голубой стали о твердый гравий тропинки прозвучали почти одновременно. Колени фон Шаанга подкосились, и он тяжело опустился на землю. Едва взглянув на него, Феррис поднял пистолет, презрительно посмотрел на него и швырнул в обрыв. Без лишних слов он переключил свое внимание на девушку.
