Дьяволы полностью

— Четвёртая чума, поразившая регион за десятилетие, — сказал брат Диас. — Болезнь Вздохов была ещё страшнее. В нашей монастырской библиотеке был рассказ о ней. Слишком много погибших для кладбищ, поэтому их хоронили сотнями в ямах. Хоронили на каждом дюйме освящённой земли, под каждой святыней, церковью или часовней в округе…

Пейзаж за оградой не сильно отличался, но знание этой истории каким-то образом придавало ему зловещий вид. Целая провинция исчезла с карты. Алекс поёжилась и плотнее запахнула украденный плащ поверх рваной куртки:

— Звучит очень плохо.

— Достаточно плохо, чтобы враждующие церкви Востока и Запада наконец-то объединились. Они объявили всё баронство проклятым, приказали уехать всем и запретили въезд до тех пор, пока не будет разрешено очевидным божественным вмешательством.

— Похоже, бог так и не появился… — пробормотала Солнышко.

— У него такая привычка, — сказала Алекс.

— С одной стороны — чума. — брат Диас мрачно посмотрел мимо столбов на заросшую ничейную землю. — С другой — война. — и он мрачно оглядел выжженные руины деревни, которую они проезжали. — Можно подумать, наступили последние времена.

Вигга фыркнула:

— Вы, жрецы, вечно возвещаете о конце времён. Как годи в моей деревне: «О, знамения! Смотрите, как летят вороны! Рагнарёк приближается!» — Мясники продают мясо, бондари — бочки, а ваши — конец времён, так вы заполняете скамьи.

— У язычников есть скамьи? — спросила Алекс.

— Ну, лавки, наверное? Может, с овчинкой для богатых.

— В твоих историях всё покрыто овчиной, — сказала Солнышко. — Если верить тебе, Скандинавия — это кровь, лодки и овчинки. — Вигга отмахнулась:

— Это просто… — она почесала голову, размышляя об этом. — … Неплохой вывод, на самом деле, но смысл в том… — она уставилась на горизонт. — В чём смысл?

Брат Диас закатил глаза:

— Ты каждый разговор ведёшь таким образом! Хватаешь вожжи, тут же заводишь телегу в болото по оси, а потом сидишь и вопрошаешь: «Как так получилось?»

— Но ты должен признать, со мной не скучно! — сказала Вигга, разражаясь смехом. Дерьмо Фрейи, вы бы видели ваши лица. — она обхватила Алекс за плечи и сжала так, что та застонала. — Убила этих ублюдков в сарае, да? И не помню, чтобы они снова кого-нибудь побеспокоили.

— Меня беспокоят не мёртвые ублюдки, — прохрипела Алекс, поёрзав плечами, чтобы освободиться от сокрушительной руки Вигги, и оглянулась туда, откуда они пришли, — А другие ублюдки, пока живые.

— Никогда не оглядывайся, вот мой совет. — Вигга отпустила плечи Алекс, что стало огромным облегчением, затем схватила её за голову большой рукой, из-за чего облегчение сменилось страхом за жизнь, и немного болезненно развернула её снова по ходу движения. — Смотри вперёд. Соскреби грязь обид и сожалений. Какая польза от беспокойства? — и она взъерошила волосы Алекс.

— Я всегда очень сильно переживал, — сказал брат Диас, — и поразительно, в скольких массовых убийствах я не участвовал.

— Насколько мне известно, ты участвовал в парочке, — сказала Вигга.

— Скорее свидетель, чем виновник…

— Я хочу сказать, нужно избавиться от прошлого. Как от ореховой скорлупы. — и Вигга так сильно встряхнулась, что руки задёргались, а волосы упали на лицо, поэтому ей пришлось выпятить нижнюю губу чтобы сдуть их, но они застряли во рту, и ей пришлось их выплюнуть. — И смысл вот в чём… — она подошла к вершине холма и остановилась уперев руки в бока. — В чём смысл?

— Телега в болоте, — пробормотал брат Диас, останавливаясь рядом с ней. — По оси. Алекс догнала их и посмотрела вниз, в долину.

Внизу была деревня. Не самое подходящее поселение для девушки, вытащенной из самого Святого Города, но там внизу мерцали огни в холодных сумерках, и кажется раздавалась музыка? Её рот наполнился слюной от мучительного желания перехватить что-нибудь съедобное:

— Смотри-ка! — Вигга хлопнула брата Диаса по плечу и чуть не свалила с ног, он шагнул вперёд и пробил странный забор в запретное баронство Кальятта. — Цивилизация! У нас же есть деньги, правда?

— Есть, — сказала Алекс. Этим ублюдкам, которых убила Вигга, должно быть, хорошо заплатили за охоту на неё, и теперь серебро было разбросано по всему её телу в трёх разных кошельках, в носках и в каких-то тряпках, завёрнутых под рубашкой. Её так и подмывало сунуть две маленькие золотые монеты себе в жопу — привычка ещё с детства, когда Кошёлка раздевала детей после дела, но без капельки оливкового масла это не самое приятное занятие, поэтому она спрятала их в рукава.

— Может, найдём сеновал, — сказала Солнышко, широко раскрыв глаза. — Проведём ночь под крышей.

— Приготовь нам, нахрен, ужин, — пропела Вигга, почти пританцовывая на цыпочках. — Я бы съела баранью отбивную, правда, брат? Баранью отбивную в подливке! — завыла она, глядя на небо, и облизала острые зубы длинным языком. — Жопа Бальдра, я бы съела дюжину этих хреновин! — и она побежала вниз по склону.

Алекс обеспокоенно посмотрела на брата Диаса:

— Идти туда — возможно, не лучшая идея.

Он поморщился, глядя в сторону деревни, снова почесал клочковатую бороду:

— Да почему нет.