Около полудня Гарри услышал, как Снейп принимает душ, и принёс приготовленные для него бутерброды. Постельное бельё снова было разбросано. Судя по всему, этот человек очень плохо спал. Гарри задался вопросом, было ли это результатом заклинания, которое тот использовал, или сон профессора всегда был таким беспокойным. Гарри нашёл в бельевом шкафу в коридоре свежие простыни и быстро перестелил кровать.
Он успел вовремя. Снейп в халате, с мокрыми после душа волосами, вышел из ванной как раз в тот момент, когда Гарри спускался по лестнице. Казалось, профессор двигался с привычной грацией.
Снейп снова посмотрел на Гарри своим фирменным взглядом «ты-ингредиент-для-зелья», но спросил достаточно учтиво:
— С вами всё в порядке, Поттер?
Гарри кивнул, радуясь, что Снейп не стал свидетелем его истерики и явно не слышал, как Гарри швырял чайные чашки.
— Да, сэр, — пробормотал он, глубоко засунув руки в карманы.
Снейп, казалось, собирался сказать что-то ещё, наблюдая за Гарри сузившимися глазами.
— Что вы натворили? — с подозрением спросил он через минуту.
— Ничего, — Гарри пожал плечами и, заметив, как бровь Снейпа поползла вверх, поспешно добавил: — Сэр.
— Я только что получил сову, — фыркнув, сообщил Снейп.
Гарри почувствовал, что бледнеет. Он уставился на Снейпа, ожидая наказания, а профессор, должно быть, заметив реакцию Гарри, сделал паузу, долго смотрел на него и только потом сказал:
— Сегодня вечером здесь будет директор.
Гарри и не замечал, что в его отношениях с Мастером зелий давно исчезла фирменная снейповская усмешка, пока опять не увидел её на тонких губах.
— Он хочет «посмотреть, как у нас идут дела», — несомненно, по каким-то причинам Снейпу это не нравилось. — Он будет здесь в восемь часов вечера. Постарайтесь присутствовать… — Снейп смерил Гарри насмешливым взглядом, — …в приличном виде.
Гарри покраснел: его джинсы, грязные от того, что он ползал на коленях, отскребая пол, были те же, что он носил вчера, как и футболка, тоже довольно пыльная — Гарри привык к одежде, по которой было незаметно, что она испачкана (по крайней мере, к магловской).
— Да, сэр, — кивнув, смущённо пробормотал Гарри.
— Надеюсь, вы сможете занять себя чем-нибудь после обеда? — спросил Снейп.
Гарри кивнул, хотя, возможно, впервые в жизни у него не было никаких дел. Он обнаружил, что очень быстро справляется с работой по дому, когда рядом нет Дадли, который мог бы ему помешать.
Он подумал, что сможет начать разбирать поваренные книги — около двух дюжин их, с напечатанными на пожелтевших страницах самыми обычными рецептами, обнаружились на нижней полке в кухонном шкафчике.
На одной из книг была надпись: «Собственность Эйлин». Гарри стало интересно, кто такая Эйлин, но спрашивать Снейпа он не собирался.
Гарри подумал, что хорошо бы навести порядок в саду за домом. Миссис Кук была единственной, кто мог его там увидеть, но даже ей придётся присматриваться — высокие живые изгороди скрывали вид за каменными стенами. Дом с другой стороны пустовал, и по ту сторону высокого деревянного забора, пересекавшего сад, виднелась только аллея.
Как и весь дом, сад выглядел совсем запущенным. Узкая каменная дорожка, заросшая сорняками и полузасыпанная землёй, вела к пыльному садовому сараю, полному паутины и ржавых инструментов. Гарри покопался в небрежно сложенной стопке ещё вчера — под слоем грязи и ржавчины это были вполне приличные инструменты.
— Хорошо, Поттер, — кивнул Снейп. — Я… — он заколебался, — я действительно ценю, что вы до сих пор вели себя хорошо.
Было странно слышать, как Снейп говорит что-то, что можно было истолковать почти как похвалу. Похоже, профессор ничего не знал о выбросе стихийной магии. «Наверное, Дамблдор сам придёт сказать ему об этом», — мрачно подумал Гарри.
Снейп уже снова выглядел усталым.
— Я оставлю вас, — он повернулся, чтобы вернуться в свою спальню, остановившись в дверях, прищёлкнул языком, раздражённо фыркнув, и голосом, который Гарри привык слышать на уроках зельеварения, сказал: — Если вы собираетесь остаться здесь, думаю, директор будет рад позднему ужину. Однако, пожалуйста, помните, что не все из нас неравнодушны к чрезмерно сладким чудовищам, которые предпочитает Дамблдор, — и он захлопнул дверь, даже не успев закончить фразу.
Горячий шар гнева вспыхнул в животе Гарри. Это был трюк Петунии — говорить в никуда, игнорируя мальчика.
Гарри с трудом удержался, чтобы не затопать, спускаясь по лестнице. Снейп был просто мерзавцем. Но это заставило мальчика задуматься о том, что подать Дамблдору к столу такого, что не взбесило бы опекуна.
Не имеет значения, решил Гарри, приняв душ и переодевшись в чистое. Когда у Петунии собирался её книжный клуб, он просто покупал замороженные мясные пироги и фруктовые пирожные на десерт. Петуния всегда говорила, что неважно, что подавать, главное, чтобы это было на хорошем фарфоре.
