Остаток дня я занимаюсь готовкой и уборкой. Оценив количество добытой соли, понимаю, что завтра нужно будет сходить на побережье и раздобыть еще, намного больше. Неплохо бы уговорить Уна со мной пойти. Быть может, разговоримся, и я спрошу, с чего это Кэмэрин думает, что сестра умрет в родах? Да, медицина тут не на высшем уровне, но и люди вокруг выглядят сильными и здоровыми. А еще, мне показалось, что разговор о смерти зашел после того, как средняя сестра узнала пол ребенка. Это мои догадки, или… Думаю, можно попробовать расспросить Арэнка.
Сегодня возвращение мужа я жду с особым нетерпением. Меряю шагами вигвам, когда солнце начинает заходить за верхушки гор. Немного подогреваю жаркое, когда сумерки становятся гуще. И испуганно вздрагиваю каждый раз, когда падает тьма, а мужа все нет. Где он? Почему не пришел? Может, что-то случилось?
Не выдержав, решаю идти к Уна, расспросить. Может, она что-то знает? Выхожу из вигвама и на минуту замираю, зачаровано глядя на почти круглую, огромную, бело-голубую луну. Сколько бы я так стояла, любуясь на ночное небо – не знаю, но раздавшийся очень близко многоголосый волчий вой заставляет испуганно вскрикнуть и почти бегом двинуться в сторону жилья Уна.
Подбежав к чужому вигваму, останавливаюсь. Мало ли… Может, Уна и ее муж занимаются чем-то интимным? Вот это мне очень не нравится в местных жилищах. Нет двери, чтобы постучать. Если меховая или кожаная шкура на входе не подняты, или не сдвинуты, значит, заходить нельзя. Но на моей памяти уже несколько раз подобный запрет нарушался самым наглым образом. На входе в вигвам сестры моего мужа мех опущен вниз. Мнусь, не зная, что делать, и только поднимаю руку, чтобы сымитировать стук и спросить, можно ли зайти, как на меня буквально вываливается Уна, едва не сбив с ног.
- Мизу! Хорошо, что ты здесь! Быстро за мной! – я еще только соображаю, что же могло произойти, а молодая индианка уже отбежала от меня метров на пятьдесят. – Быстрее!
Догоняю сестру мужа и, задыхаясь от бега, спрашиваю:
- Что-то случилось, да? Что-то с Арэнком?!
- Да, все в порядке с твоим мужем, а вот нам может угрожать опасность, - отвечает Уна, тяжело дыша.
- Подожди, остановись, отдышись. Не хватало, чтобы ты еще сейчас родила, - останавливаю ее, хватая за руку. – Что происходит, пожалуйста, объясни!
- У нас прорыв! Некогда разговаривать!! – Уна так резко выдергивает свою руку, что чуть не падает, я едва успеваю ее подхватить, пыхтя от натуги. – Мизу, я потом тебе все расскажу, сейчас помоги мне!
- Хорошо, только не дергайся так больше, - отвечаю, чувствуя, как мое сердцебиение наконец-то приходит в относительную норму после испуга за сестру мужа. – Куда бежать и что делать?
- Долго объяснять, лучше раз увидеть, - говорит Уна и снова срывается на быструю ходьбу, почти бег.
Делать нечего, догоняю ее и стараюсь бежать рядом, чтобы если что, подстраховать эту ненормальную на поздних сроках беременности спортсменку.
- Куда хоть бежим? – спрашиваю, когда мы в очередной раз лезем куда-то на холм.
- Поступил сигнал, что на дальней огороже прорвался заслон. Нужно срочно туда, чтобы закрыть его, иначе быть беде.
- Ладно, хорошо. А чем мы его закрывать будем? Голыми руками?
- Там уже наши женщины строят преграды, но им нужно помочь.
В этот моменты мы, наконец-то, вскарабкиваемся на самый верх холма, и я вижу очень странную картину: множество женщин, построив живую цепочку, передают друг другу внушительных размеров камни. Тяжелая физически работа и ни одного мужчины вокруг!
- Что они делают? Зачем? – спрашиваю, совершенно ничего не понимая.
- Сначала помогаем, потом болтаем, - отсекает любые мои попытки что-то узнать Уна.
Мы спускаемся ниже, встраиваемся в цепочку и тоже начинаем передавать камни. Сколько это длится – не знаю. У меня уже ноет спина, а на ладонях наливаются мозоли, когда женщины прекращают свое странное занятие. Только тогда, совершенно молча, Уна манит меня рукой, снова поднимаясь на холм, но уже с другой стороны. Мы проходим с десяток шагов, и она показывает куда-то вниз. Мне приходится присматриваться, чтобы что-то увидеть. Наконец я вижу то место, куда мы таскали камни все это время. Что-то вроде высокой каменной стены преграждает узкий проход между холмами и лесом.
- Завтра женщины сюда вернутся и замажут новые камни глиной, чтобы укрепить их, - говорит Уна, усаживаясь на траву и устало выдыхая.
- Зачем этот заслон? Кого мы не впускаем?
- Посмотри внимательнее Мизу, - отвечает индианка.
Я снова перевожу взгляд с ее лица на каменную стену, потом смотрю немного дальше, туда, где начинается лес и вдруг, встречают взглядом с желтыми звериными глазами.
- Волки! – вздрагиваю. – Но разве дикие животные выходят из леса? Я знаю, что им не нравится запах человеческих жилищ и они инстинктивно сторонятся таких мест…
- Да. Но смотри внимательнее.