Я поднималась в башню все выше, и каждый шаг давался тяжелее предыдущего, а движения становились медленнее. Я хотела узнать наверняка, что случилось. Но при этом боялась, что все окажется правдой. Пока я не видела его, могла лгать себе. Но если увижу его, это навсегда отпечатается в памяти…
Оттягивая неизбежное, я дошла до самого верха — до обиталища Портайна. Стояла у высокой дубовой двери, укрепленной металлом, и пыталась перевести дух, уговаривая себя, что должна открыть ее. Должна узнать, что же все-таки произошло!
У покоев лекаря не было охранниц. Он, хотя и важная персона при дворе, но не настолько, чтобы расходовать на него силы королевской гвардии. Обычно стража стояла только у покоев королевы, у моей сестры и у меня.
Я протерла глаза от слез, сделала глубокий вдох, как будто собиралась нырнуть глубоко под воду, и распахнула дверь.
Башня лекаря состояла из нескольких покоев, которые он занимал: его спальня, рабочий кабинет и гостиная, в которой я и оказалась, неожиданно столкнувшись с группой стражниц в полном боевом облачении. Они пребывали в абсолютном безмолвии. Дракайны лишь поклонились, завидев меня.
— Где лекарь? — все еще не понимая, что происходит, спросила я.
Воительницы указали на приоткрытую дверь в следующие покои. На негнущихся коленях я пошла туда, чувствуя полную необратимость того, что сейчас увижу. Под ложечкой противно засосало.
Первым я увидела Карзена. Его узкую спину и светлые волосы узнала сразу же. Рядом стояла королева, а по правую сторону от нее — Портайн. Они заслоняли мне того, кто лежал на высоком каменном выступе, который служил лекарю столом для его бесконечных экспериментов. В комнате невыносимо пахло травами, от этого запаха кружилась голова. Или от того, что я боялась увидеть за их спинами.
— Мама… — прошептала я.
Королева Нирлайна резко обернулась. Лицо ее было мрачнее тучи. Под глазами залегли темные круги. Выглядела она не так величественно, как обычно. И у меня вдруг промелькнула мысль, что болезнь постепенно одолевает ее, и очень скоро она уже не сможет скрывать от окружающих, что ее снедает недуг.
— Дочь. — Она кивнула и отступила на шаг, дав мне возможность подойти к каменному столу, в тот момент казавшимся мне алтарем, на котором жертвой лежал Саркайн.
Сердце словно облили кипятком, но я загнала все чувства глубоко внутрь. Будущая королева не имеет права на слабость. Я буду горевать в одиночестве позже.
Как в кошмарном сне, я подошла ближе, разглядывая белое, словно первый снег, лицо Саркайна. С него сняли кандалы. Только умерев, он получил такую заветную, желанную свободу… Грудь его не вздымалась. Без сомнений — он был мертв. Стиснула челюсти и зажмурилась.
Все молчали.
— Что произошло? — наконец смогла выдавить я.
— Никто не знает, моя принцесса, — подал голос Карзен. Я даже не посмотрела в его сторону. Мой взгляд снова был прикован к лицу мертвеца. — Его нашли уже в таком состоянии. Полагаю, болезнь проникла в его раны, — произнес Партайн. — Я собираюсь вскрыть его тело, чтобы убедиться в этом.
«Нет!» — чуть не воскликнула я, но неимоверными усилиями заставила себя молчать. Я поговорю с Портайном наедине, чтобы никто этого не слышал. Саркайн не заслуживает того, чтобы над ним издевались после смерти.
Я знала, что лекарь иногда вскрывает тела умерших, чтобы развивать свои лекарские навыки. Окинула взглядом его обиталище. На стеллажах стояли прозрачные сосуды, в которых в специальных растворах плавали внутренние органы и какие-то мелкие твари вроде лягушек и мышей. От этого меня замутило. Я вспомнила, почему так редко бывала в башне Портайна. Именно по этой причине. Я не желала знать, чем именно он здесь занимается. Понимала, что это иногда необходимо, чтобы создавать новые эликсиры и снадобья, но радовалась, что мне не нужно на это смотреть.
— Надеюсь, все не было зря, — почти неслышно прошептала королева и повернулась к выходу. — Пойдем, Карзен, нам нужно кое-что обсудить наедине.
Я склонила голову. Конечно, мать все еще надеялась, что я зачала. Иначе все, что произошло, все эти смерти, окажутся напрасными.
Королева ушла, а вместе с ней — вся ее свита из дракайн. Мы остались с Портайном одни.
— Ты действительно думаешь, что его убили раны?
— Не уверен, моя принцесса. — Лекарь склонил голову. Он подошел к покойному и приподнял белую простыню, которая укрывала все его тело, кроме лица. — Смотри: раны чистые, ни одна не загноилась. Кто-то их обработал.
Разумеется, это была я! Только я об этом ничего не сказала.
— Видишь, как почернели его ногти? — Он приподнял безжизненную руку дракона. — Так бывает от действия яда.
Я почувствовала, как от лица отливает краска. Его отравили?.. О небо!.. Кто осмелился на такое?..
— Но королеве я ни о чем не говорил, пока не буду знать наверняка. Нужно вскрыть его тело и посмотреть, какого цвета внутренние органы, если я прав, они тоже будут черные.
— Боишься, что тебя заподозрят в отравлении? — спросила я, не подумав.
Лекарь побледнел и сам стал походить на мертвеца.
— Да я бы никогда…