— Успокойся, — отрезала я. — Тебе необязательно вообще говорить об этом королеве. Скажешь, что он погиб от ран. Ты меня понял? — я посмотрела на него тем убийственным взглядом, которого все так боялись. Лекарь весь скукожился. Конечно, он прекрасно понимал, что моей матери скоро не станет, ведь он знал о ее недуге, и престол займу я.
Лекарь только кивнул. Может, он подумал, что это я отравила пленника, но мне было все равно. Я лишь не желала, чтобы его тело после смерти подвергалось издевательствам. Его нужно похоронить по всем правилам, и я за этим прослежу.
— А теперь оставь меня.
— Но… — хотел возразить Портайн, но я вскинула ладонь, приказав ему молчать.
— Я сказала: оставь меня с ним наедине! — твердым тоном произнесла я.
— Как пожелает моя принцесса.
Лекарь поклонился и вышел из своего кабинета, затворив дверь.
За окном стояла полная темнота. Было около полуночи. Тьму рассеивало несколько светильников, расставленных по углам.
Только когда мы с Саркайном остались одни, я дала волю слезам. Они текли совсем беззвучно, просто капали вниз, пропитывая солью платье. Подошла к нему и с опаской взяла за руку. Она была ледяная, совсем безжизненная…
— Прости меня, любимый… — прошептала и прикусила губу. — Прости, что не сдержала обещание. Но я найду того, кто отравил тебя и, клянусь небом, обрушу на него весь свой гнев!
Хотела сделать для него то последнее, что могла: сама омыть его тело перед погребением.
С тяжелым сердцем я отошла от него, чтобы найти таз с водой и тряпки. Когда все было готово, я стянула с него простыню и принялась аккуратно протирать грудь. Время будто застыло. Я полностью погрузилась в себя и свое горе, не замечая больше ничего вокруг. Не знаю, как долго это продолжалось, но, клянусь, в какой-то момент почувствовала под ладонью четкий удар сердца!
— Саркайн! — воскликнула я и посмотрела на его лицо. Но оно оставалось все таким же безмятежным. Поднесла под его нос ладонь, но дыхания не было.
«Показалось. Тебе просто показалось», — с горечью подумала я. Приложила ухо к груди и несколько минут затаив дыхание прислушивалась, но так ничего больше не услышала.
Я медленно лишаюсь рассудка…
Омыв его руки и плечи, я перешла на шею и лицо, но стоило мокрой тряпке коснуться его щеки, громкий протяжный вдох огласил пространство. Дракон резко дернулся и открыл глаза. Я со вскриком отскочила от него. А Саркайн снова смежил веки, но теперь дышал! Сначала рвано, как будто воздух не желал проникать в грудь, но потом все глубже и спокойнее. Я ошеломленно наблюдала, как наполняется цветом его кожа, как краснеют губы, как розовеют пальцы на руках и уходит чернота с ногтей.
— О небеса! — не веря своим глазам, вскрикнула я. — Саркайн!
Все казалось сном. Так не бывает!
— Моя принцесса. — Дверь отворилась, и на пороге возник лекарь. — Ты кричала. Что случи… — он осекся на полуслове, когда его взгляд упал на тело. Теперь вполне живое. Дракон как будто лишь спал.
— Он жив, — прошептала я, не доверяя голосу. — Портайн, он жив! Как это возможно?
Лекарь молнией метнулся к пленнику и принялся ощупывать того. Приподнял ему веки, приложил ухо к груди, считая ритм сердца.
— Удивительно! — выдал он заключение. — Я о таком только читал. Очевидно, пленник впал в такой глубокий сон, что все посчитали его мертвым.
— Значит, его не отравили? — Я подошла с другой стороны и сжала теперь теплую ладонь Саркайна.
— Почему же. Это и было действие яда, моя принцесса. Только пленник оказался слишком силен, и каким-то образом его тело смогло справиться с действием отравы. — Он удивленно покачал головой. — Истинно говорят, что дикие сильны. Даже наши яды не могут их убить! Нужно сообщить ее величеству! — спохватился он и уже кинулся к выходу, но я оказалась проворнее и преградила ему путь, захлопнув дверь прямо перед носом.
— Стоять! — взревела я, зная, что нас все равно никто не слышит.
Портайн застыл с округленными глазами. Я поняла, что если сейчас что-нибудь не сделаю, та счастливая возможность, которая выпала на долю Саркайна, пойдет прахом.
— Все думают, что пленник мертв. Пускай так и останется, — сказала я тоном, который не терпел возражений. — Ты скажешь королеве, что вскрыл его, вытащил органы, а тело спалил. Тебе все ясно?
Лекарь только смотрел на меня, не осмеливаясь ни перечить, ни согласиться.
— Послушай, — я сменила тон, сделав его более ласковым. — Ты же знаешь, что моей матери осталось недолго.
Портайн несколько раз дергано кивнул.
— Не сегодня, так завтра я взойду на престол. И если ты желаешь сохранить мое расположение, тебе
Несколько минут я буравила его взглядом. Лекарь наконец согласно опустил голову.