Личный состав британской станции — составляя восемь человек охраны из солдат САС и двоих разведчиков: самого Финли и радиста, относящегося к Штаб-квартире правительственной связи и информации, отвечающей в числе прочего за шифры и обеспечение секретной связью всех заинтересованных ведомств. Особой сменности не было, только кто-то один обязательно должен был быть на крыше у крупнокалиберного пулемета, еще как минимум двое в здании и при оружии, а ворота — должны быть закрыты и заложены на засов. Остальные, в том числе и сам Финли — могли отлучаться по надобности. Кроме радиста — но это и так понятно…
Сэр Роберт и Герб Финли пили виски. САСовцы, в том числе и его спасители — завалились спать за исключением двоих: один дежурил на крыше и один на дворе. Собак не держали — хотя местные и боялись собак, испытывать их терпение тоже не стоило. Они были вдесятером — а в городе в любой момент времени было не меньше тысячи вооруженных моджахедов[149].
— Знаешь, а ведь мы тебя не ждали… — сказал Финли, делая маленький глоток виски — есть такой порядок, что обо всех, кто проходит нашим маршрутом нам заранее сообщают. Чтобы мы по возможности встретили, так шататься по городу, как сегодня шатался ты — это верх самонадеянности. А про тебя ничего не сообщили. Совсем, я смотрю, на Бродвее охренели[150]…
— Да уж… — сэр Роберт не сказал, что его в принципе не MI6 послала и на Бродвей, он даже не заглядывал.
Днем — начиная от того момента, как его привели в этот дом, и заканчивая тем, как они сели за бутылочкой виски — пришлось переделать массу дел. Первым делом — пришлось разобраться с местными: как сказал Финли — иначе могли быть проблемы. Извиняться не пришлось — здесь никто и ни за что не извинялся. За то унижение и оскорбление, которое кое-кому из местных пришлось перенести прилюдно — англичане заплатили выкуп. Сначала — делегация местных, с которой терли базар, требовала денег, но денег она не получила. Вместо денег — Финли дал четыреста сигарет Ротманс — то есть два блока по десять пачек каждая, а сэр Роберт был вынужден пожертвовать «на дружбу» одной из бутылок МакКаллахан. И то и другое было принято с благодарностью. Местные вообще были усердными в молитве, но сразу после нее — и пили, и курили, и прелюбодействовали, если было с кем. Так что четыреста сигарет Ротманс — в самый раз, еще мало будет. Сигареты — британцам привозили с каждой поставкой, и ими — расплачивались почти за все нужное. Вообще, все это сильно напоминало Джелалабад, первый крупный город после Хайберского разлома, в котором сэру Роберту тоже довелось побывать…
— Послушай, друг — доверительно сказал сэр Роберт — мне там наговорили всякой чуши… ну ты понимаешь. Но я уже давно перестал верить в сказки. Расскажи… какого хрена тут вообще происходит, и при чем тут мы…
— Какого хрена происходит… — Финли закурил Ротманс из собственных запасов — вопрос конечно интересный. И своевременный. Вопрос в том, что мы по каким-то причинам не можем открыто воевать с русскими. Но подгадить — это всегда пожалуйста, равно как и они — нам. Вот эта территория — ты думаешь, она чья?
— Наша?
— Не-а.
— Русский вассалитет?
— Не-а…
— Неужели краутников[151]?
— И снова не угадал. Она ничья. Не принадлежит никому. Дикая территория.
— А я слышал, что русские заключили вассальный договор.
— Заключить договор — это дело одно. Здесь, в этих местах такой договор — не более чем бумажка. Эмир Неджда — считает, что у него есть права на весь полуостров. Но с этим здесь — ни хрена не согласны. Если ты найдешь хорошую карту — то увидишь, что на Аравийском полуострове есть пробелы между границами, которые вообще никак не отмечены. И не принадлежат никому. А по большей части львиная доля этого полуострова — пустыня, где шарахаются пешие и конные дикари.
— Ясно. Но я должен идти в горы.
— Горы… это самостоятельная история. Там сейчас наши. УОБА, учебные отряды британской армии. Которые по идее должны обучать войска султана боевым действиям в горных условиях.
— А на самом деле ведут войну против русских.
— Не совсем так. Официально всем тем, кто откомандирован в УОБА пересекать границу запрещено строго-настрого. Если конечно в дело не вмешивается Бродвей. Суть в другом, друг. Обучение происходит в полевых лагерях. А местные… знаешь, местные солдаты так сильно похожи на бандитов, что вряд ли можно различить, кто есть кто. Таким образом, мы мстим, понимаешь…
— Еще бы… А почему бы просто не напасть на русских?
— Вопрос, опять-таки интересный. Ты видел султанскую гвардию?
— Нет.
— Увидишь все вопросы отпадут. Такого сброда — не найти даже в Африке, большинство — подрабатывает бандитизмом. Большая часть — изгнана из своих селений и понимает, что с ними будет, если сменится власть. Потому и служит. Против русских они не продержатся и суток даже в обороне. Не говоря уж — в атаке
— Понимаю.
