Элнар взмахнул ножом, потом передал клинок девушке, сам же что есть силы дернул за край двери! Поддалась! Хоть чуть-чуть, но… А вот уже – и не чуть-чуть… Вот уже и достаточно места, чтобы пролезть, протиснуться… А пожар разгорался и густой сизый дым ел глаза, вызывая слезы. Только бы не задохнуться, не потерять сознание, только бы успеть!
– А ну, давай, Ами!
Буквально выпихнув подружку наружу, юноша бросился следом, царапая в кровь спину и грудь. Из последних сил, домишко, злобно завыв, попытался ухватить жертву в дверном проеме – Эл почувствовал, как едва не хрустнули ребра. Дернулся, обрывая опутавшие ноги ветки. Выпрыгнул, вылетел, словно пробка, упал!
Вокруг угрюмился темный ночной лес, корявые вершины деревьев царапали низкое, затянутое тучами небо. Шел дождь, настоящий ливень. Такой приятный, прохладный, родной!
Выбежав на поляну, Элнар с удовольствием подставил потокам воды исцарапанное разгоряченное тело. Встав рядом, Ами-Гури посмотрела на хитжину с удивлением и страхом. То ли от взгляда ее, то ли от каких-то своих причрн, избушка неожиданно съежилась, втянула в себя крыльцо и крышу, превратившись в огромный безобразный пень, еще дымившийся от пожара.
– Ну и дела, – юноша удивленно присвистнул. – Ты когда-нибудь слышала о таком чуде?
– Слышала, – подойдя ближе, кивнула девчонка. – Но не думала, что когда-нибудь увижу. Это ардан – лесной морок. Говорили, такие давно вымерли.
– Про зилонгов тоже что-то такое несли. А они – вот они, живы и здоровехоньки.
– Что это за амулет у тебя на шее? – сузив глаза, неожиданно поинтересовалась Ами-Гури.
– Да так, – юноша отмахнулся. – Прикупил еще в Альбеззе, на рынке.
Элнар почему-то не хотел рассказывать спутнице о дупле и черепах давно исчезнувшей расы. Почему не хотел – не знал и сам, не хотел – и все тут.
– А, – пожала плечами девчонка. – Так это просто украшение.
– Сказали, что очень полезная, волшебная вещь!
– Волшебные вещи не продают на рынках.
«Много ты знаешь!» – хотел было ответить Элнар, но промолчал. В последнее время его что-то стали терзать смутные сомнения относительно способностей и знаний Ами-Гури. По лесу рыскала – не поймешь как, такое впечатление, что шли вообще наугад, морока этого, гада лесного, не распознала – ну, блин, и проводничок! Как говаривал еще в интернате незабвенный завхоз – «Иван Сусанин». Вот вдеь черт… Скорей бы уж дойти до Мертвых земель, право слово.
Молодой человек искоса взглянул на девушку – та стояла, подставив лицо тяжелым налитым каплям. Похоже, ей очень нравился дождь и вообще – вода, сырость.
Они так и пошли дальше – по черному мокрому лесу. Под ногами хлюпали лужи, исходило дождем хмурое ночное небо, где-то далеко за лесом алела заря.
– Вот и утро, – тихо сказал сам себе Элнар и поежился – идти в одних плавках по дремучему лесу, не самое приятное дело, а вся одежда осталась в избе… то есть, в этом мороке, пне, что б он ей подавился, гнилуха поганая! Хорошо Ами-Гури – та всегда спала в платье и, похоже, так никогда его и не снимала… по крайней мере, начиная с Альбеззы… нет, не с Альбеззы, с корабля капитана Гачия Лари. С парохода – то есть.
Между тем, небо на востоке светлело, и вот уже в разрывах багряных туч проглянуло, проклюнулось солнце, позолотив облака и вершины могучих дубов и сосен. Дождь кончился, подул ветер, срывая с деревьев крупные холодные капли. Элнар передернул плечами – все же, хорошо бы раздобыть где-нибудь хоть какую-то одежку.
– Ами, деревни поблизости есть?
– Деревни? – не оборачиваясь, откликнулась девушка. – Наверное, есть… не знаю точно.
Не знает… Элнар хмыкнул. Проводница… А хвастала – «Я – та, кто ведает Дороги». Ага, как же! Ведает.
К деревне, вернее, к большому селу, путники вышли к обеду. Небо уже почти очистилось от облаков и весело голубело, а за вершинами сосен сияло солнце. Лес стал заметно реже, появились обширные поляны, просеки, тропы. Одна из тропинок, наугад выбранная путниками, привела к довольно широкой наезженной дороге, ведущей к пологим холмам, на одном из которых и располагалось селение. Элнар насчитал около двух десятков бревенчатых хижин, за которым виднелся выгон, огороженный низком заборчиком из жердей. На розовом от клевера выгоне, мыча и помахивая хвостами, паслись рыжие коровы.
Солнце, изумрудно-зеленый луг, коровы, аккуратные домики, чуть вдалеке, меж холмами синело озеро или речка. Пастораль!
Элнар радостно всплеснул руками:
– Вот здесь и раздобудем одежку.
– А на что мы ее купим? – язвительно осведомилась Ами. – Все наши деньги – в кошеле и котомках, а они достались мороку.
– Что б он ими подавился, гад! – в сердцах сплюнул Эл. – Ну, может, попросим. Дадут какую-нибудь рвань – и на том спасибо.
Замедлив шаг, девушка вдруг схватила его за руку:
– Ты и в самом деле хочешь идти в селение?
– Да, – пожал смуглыми плечами Эл. – А что тут такого?