Маггловские восстания в Ирландии регулярно давили. Ирландские волшебники, зараженные идеей самостоятельности правления, оказались умнее и умели ждать. Ждать пришлось немало. И вот в один прекрасный момент, оценив ход и последствия предпоследнего восстания гоблинов (правда, тогда оно называлось просто "очередным"), а также ситуацию в маггловском мире, они решили, что лучшего момента свергнуть власть английских волшебников и обрести свободу не будет. А вслед за обретением "магической" независимости они собирались помочь своим магглам, обретя таким образом полный суверенитет и став, наконец, государством. А это означало полноправный голос в Международной Конфедерации Магов, свою школу магии, свои законы, свое министерство… Как видишь, кусок достаточно сладкий. Было за что бороться.
Однако одного желания было мало. Как бы ни разъезжались кто куда английские маги, как бы ни резались друг с другом, силы все равно оставались несопоставимыми. Нужны были союзники. Шотландцы, уэльсцы — отказались. Испанские волшебные кортесы потребовали за свою помощь принятия протектората. Французы — открытия границы для массовой миграции своих магов в Ирландию и гарантирования их приоритетных прав в любой сфере деятельности. То есть, по сути, повторения вторжения Вильгельма-Ублюдка. В общем, иностранные волшебники отказали в помощи (прямо ли, выдвинув ли непомерные требования), и тогда совет кланов отправил послов к гоблинам.
Чтобы понять, на
Казалось — ничто и никогда не сможет заставить людей встать в один строй с гоблинами, забыв о тысячелетиях пролитой крови. Никто и думать о таком не мог… и ни в какие, даже самые безумные расклады не включал!
"Любопытно, — подумал я. — И судя по тому, что в Хоге сейчас учится только один чистокровный ирландец, что ровно вдвое меньше, чем, например, индусов, я, кажется, знаю, чем все закончилось".
— Итак. Ирландские маги и гоблины пришли к определенному соглашению. Теперь оставалось только победить. А вот с этим все было достаточно смутно. Сил все равно не хватало, а наивными мечтателями не были ни те, ни другие. Поэтому было принято решение усилить союз еще одной стороной. Оборотнями.
В итоге получилось очень гармоничное сочетание. Ирландские волшебники — это древние, еще доимперские знания и умения. Пусть суровые и жестокие, но весьма действенные даже сейчас. Гоблины — это веками собираемые артефакты и огромные деньги. Оборотни — ударная сила и разменная монета, которую никто не стремился взять в руки — а вдруг заразишься?
Подготовка велась в строжайшей тайне. Все причастные ходили под магическими договорами класса "молчи или умри". Более того, для успокоения Аврората ирландцы хитро замаскировали усобицей свою истинную численность, списав на потери некоторое количество своих самых сильных волшебников — готовились-то к восстанию не один год, так что время было. Смешно, тогда для фиксации факта смерти любого мага, кроме лордов конечно же, хватало одного лишь слова ближайшего родственника… — Староста сделал в рассказе паузу, чтобы снова промочить горло.
"А вот насколько бы он ни любил это дело, но долго непрерывно говорить он явно отвык", — отметил я.
— Что-нибудь непонятно? — спросил утоливший жажду лектор.
— Нет-нет, — мотнул я головой.
— Хорошо. Тогда я продолжаю.
Благодаря всем проведенным мероприятиям восстание оказалось полнейшей неожиданностью для всех. Для Палаты лордов, где на экстренном созыве было объявлено о выходе семидесяти пяти ирландских кланов из состава Британской Палаты и образовании независимого Магического Эирина. Для Министерства магии, которое прямо посреди рабочего дня подверглось совершенно безжалостному, по-гоблински кровавому налету вроде бы только-только удачно замиренных зеленокожих коротышек. Даже для магглов оно стало неприятной неожиданностью, потому что по привычке гоблины опять подожгли маггловский Лондон. Пожар до Великого лондонского не дотянул. Гоблины в умении поджигать не прогрессировали так же быстро, как магглы — в умении эти пожары тушить, но все равно были и разрушения, и жертвы. Ну а живущих в сельской местности магглов и волшебников начали терроризировать оборотни, ловко маскирующиеся под волков.
