Только сейчас до меня дошло, что мой старт в этом мире мог оказаться с совсем другого уровня. Да что там уровня, тут, скорее, речь идет о порядке, да и не одном! Я вполне мог попасть не в наследника чистокровной семьи с сильной магией, серьезными связями и предельно лояльным отношением власть имущих, а вот в какого-нибудь из этих пацанов. Жить в нищете и полнейшей безысходности. Драться насмерть в очереди за плошкой помоев. Жрать их, и то не вдоволь. Мечтать подложить свою сестру под какого-нибудь старпера, лишь бы она ела чуть лучше. Всегда быть готовым подставить рожу под пинки местных и задницу — под понятно что пришлых. И считать деньки до того, как твой сосед или, что хуже, сын или дочь сопроводит тебя на алтарь…
"Зато было бы доступно великое счастье большинства попаданцев — трахаться вволю с малолетками! Удача же! Или нет?" — жгли мой разум едкие, как царская водка, мысли.
Казалось, даже окклюменция не поможет мне вспомнить, как я вернулся домой. И повторный допрос с целью убедиться, что вышел именно тот, кто вошел; и перемещение домой по камину; и вопросы обеспокоенного Уэйна — все прошло как не со мной. Просто в голове бушевал шторм пустоты. В очередной раз увиденное в этом мире оказалось слишком чудовищным для моего все еще совсем тепличного восприятия реальности.
"А ведь все они, все эти дамблдоры, фаджи, боунсы, все эти хорошие и плохие, все они — знают. Знают, но не делают ничего, чтобы эту ситуацию исправить. Им важнее выборы выиграть или ребенку новую метлу прикупить, чем спасти детей от смерти. Более того, весь их мир — вся их "достойная жизнь" в буквальном смысле стоит на крови. Твари. Все одним миром мазаны! Всех бы вас, одним ударом…" — тут я весьма ярко представил, как выстраиваю все Министерство в одну колонну, во главе ставлю Дамблдора, после чего медленно, чтобы те смогли вволю насладиться ожиданием приближающейся смерти, проезжаю по ним катком. Так, чтобы кровища и потроха вылетали в сторону, чтобы вопли ужаса, чтобы страх… перед воздаянием. Чертовы лицемеры!
Чтобы не сорваться окончательно и не разгромить свой кабинет или не убить кого-нибудь, я…
— Лотта! — позвал в пустоту.
— Да, хозяин, — с тихим хлопком материализовалась в комнате эльфийка.
— Лотта, принеси мне выпить.
— Но, господин! Вы запретили Лотте давать хозяину алкоголь…
— Быстро, тупая ты тварь! Иначе завтра же получишь одежду!
Домовая в испуге исчезла, и вскоре на столике появились заказанные предметы: коньячный бокал, коробка сигар из "загашника на совсем черный день" и двухлитровая бутылка дорогого виски, когда-то купленная для "подмазки" Филча, но так и не подаренная. Вариантов было два: либо я сейчас напьюсь в стельку, либо от всего увиденного у меня просто лопнет голова! То есть по сути выбора как такового и не было…
Я сел в кресло. Магией зажег сложенные в камине дрова. Налил полный бокал огневиски и залпом выпил половину. С непривычки опять дико перехватило дыхание и чуть не вывернуло обратно, но я силой удержал алкоголь в себе. Отдышался — и резко допил стакан. Зажег сигару. Сделал первую глубокую затяжку и чуть в кашле не выплюнул легкие. Немного переждал и сделал следующую тягу.
"Почему люди такие твари? Вот как тут не вспомнить любимое присловье моей бабушки: "Создал Господь — и сам заплакал"? Точнее и не скажешь. Но почему? Ведь должны же быть какие-то границы?"
Сколько так сидел — накачиваясь алкоголем с никотином и задавая безответные "почему", — я не знаю. Знаю только, что уровень жидкости в бутылке постепенно дошел до половины, а коробка сигар опустела на треть. С каждым новым глотком виски пился все легче и легче, сигары уходили вообще совершенно незаметно, но при этом я совершенно не пьянел.
— Почему? — в который раз спросил я пустоту.
— Я смотрю, лорд Крэбб, вас весьма впечатлила поездка? — неожиданно услышал я голос, который невозможно было перепутать ни с каким другим. Как-то совершенно неожиданно соседнее кресло оказалось занято моим учителем. Когда он появился и как — вообще не заметил.
Невидящим взглядом я посмотрел на Темного Лорда и равнодушно повторил свой вопрос:
— Почему?
Легкое напряжение защиты показало, что Волдеморт считал мои мысли.
— Хм… — после длинной паузы сказал он. — Надеюсь, теперь ты понимаешь, почему я борюсь с Министерством и Дамблдором? — И, глядя в мои пустые глаза, тяжело вздохнул: — Меня считают кровожадным маньяком, помешанным на чистоте крови, но это лишь маска. Ты видел, в каких условиях существуют маги на задворках Лютного переулка? Магглам — даже магглам! — сейчас живется лучше, чем магам! И никто, — распалялся Волдеморт, — никто не собирается ничего делать. Что им есть? Где жить? А ведь Хогвартс практически безразмерный — и он мог бы принять каждого!
— И почему этого нет?
— Спроси об этом Дамблдора! Может, ты что-нибудь поймешь из его слов. Я в свое время его ответа: "так будет лучше для всех" — не понял и не принял.
— А Министерство?
