Надо отдать должное местному мэру или старосте. Везде всё было чисто и аккуратно. Газоны выкошены. На дорогах — свежая разметка. Низенькие, по пояс, живые изгороди ровно подстрижены. Дома походили на игрушечные: стеклопакеты, серая черепица. Те, что побогаче, были покрашены темно-коричневой краской. Победнее — простой побелкой. Впрочем, были и вовсе голым камнем наружу. На мой взгляд, так даже красивее. Напомнили мне мой любимый Выборг.
"Миленько, конечно, но какие же здесь низенькие потолки! — подумал я, присмотревшись к старинным английским домам. — Да и окошки… Сразу видно, что окружающая природа особо высокой температурой местных не баловала. Да и с отоплением, поди, проблемы. Дерево привыкли экономить… Или все как раз наоборот — жаркое лето и промозглая зима?"
Общественный камин дымолетной сети был расположен в весьма удачном, на мой взгляд, месте. Ну, если рассматривать его с точки зрения поддержания Статута. С одной стороны, судя по тому, что я увидел выйдя на улицу, городок вроде бы маленький и тихий. С другой — любой продуктовый магазин место довольно оживленное. Плюс рядом остановка автобуса, две небольшие гостиницы, а в пятистах метрах по улице вправо, если верить знаку, — кемпинг. То есть постоянно (во всяком случае летом, в туристический сезон) мелькает достаточное количество чужаков, чтобы новое лицо не стало привлекать к себе ненужное внимание.
"В общем, в кои-то веки маги сработали не на "на и отъебись", а с выдумкой. Наверняка еще либо владелец, либо кассир-продавец, либо оба — сквибы. А что? Совсем уж без контроля оставлять точку…"
— Винс! — громко окликнули меня.
На той стороне улицы, сидя совсем по-простому — на поребрике, рядом с валяющимся на траве велосипедом махал мне рукой Уэйн. Выглядел он живым, веселым и ну просто очень здоровым. Не было даже намека на то, что совсем недавно этот парень валялся при смерти, почти разрубленный на куски магическими нитями.
"Хм… И тонких шрамов не осталось! Ну хоть не зря потратился", — удовлетворенно, но с легким оттенком печали по потраченным деньгам подумал я, рассматривая своего приятеля. Нет, уже не просто приятеля… Брата!
Поздоровавшись, мы медленным шагом отправились по дороге на восток. Жил Уэйн не в Ллангиноге, а в соседнем Пенибонтфоре. Но там не было общественного камина, а на личный домашний банально не хватало денег. Поэтому каждый раз, когда надо было воспользоваться дымолетной сетью, ему с матерью-ведьмой приходилось либо ждать автобуса, либо четыре километра "ехать на одиннадцатом". Либо, как сейчас, если не планировалось перемещения, а нужно было только что-то передать, можно было использовать велосипед. Правда в данный конкретный раз Уэйн немного не додумал, что нужно будет не передать, но встретить и проводить. А велосипед у него — всего один!
Ехать на багажнике мне не позволяла гордость, спихнуть Уэйна и поехать в одиночку — разум, поэтому мы просто пошли пешком, катя велосипед рядом. Погода была хорошая, трасса — незагруженная, вокруг приятные глазу пейзажи, так что особого смысла бежать не было. Тем более было что обсудить между собой до встречи с родителями.
Для начала меня ожидаемо завалило благодарностями и восторгами. "Спасибо-спасибо-спасибо!" и "Не зря мы завидовали старым семьям! Быть чистокровным волшебником — круто!" — приблизительно такая вот краткая выжимка из первых двадцати пяти минут разговора. А вот потом посыпались вопросы. Начиная от смешных вроде: "Туалет в мэноре самостоятельно очищается магией, его моют домовые эльфы или как у магглов и у нас — канализация?" и заканчивая достаточно серьезными: "Где я буду жить? Какая у меня теперь фамилия? Как мне разговаривать с Малфоем?". В двух словах на такое не ответишь, так что не торопились мы еще и поэтому.
Но как ни плетись нога за ногу, рано или поздно дорога должна была закончиться прибытием в пункт назначения. Семейное гнездо Хопкинсов, которое предстало передо мной спустя полтора часа с момента выхода из дымолетного камина, меня не впечатлило. Судя по всему, жили родители Уэйна весьма и весьма небогато. Сложенный из красного кирпича дом был небольшим. На мой ненаметанный взгляд — где-то шесть на восемь метров площадью. Если считать жилой чердак, то можно назвать его двухэтажным.
По рассказам Уэйна, на первом этаже очень компактно расположились: одна небольшая спальня (родительская), кухня, совмещенная с туалетом ванная и крошечная гостиная. Дети, то есть он и его брат, занимали свободное место на чердаке, кое-как (в смысле: с долгой ссорой и сломанными игрушками противника) поделив его на две малюсенькие комнатки. Еще к торцу дома была пристроена летняя застекленная веранда.
