— Я думаю, у вас хватило ума сделать так, чтобы они не увидели друг друга?
— Конечно, повелитель!
— Хорошо. Тогда, Крэбб, встань сюда, — Волдеморт указал себе за спину, — а ты, Хвост, давай первого.
— Которого именно?
— Невыразимец первым пришел?
— Да.
— Вот его — и веди.
Хвост послушно кивнул и вышел.
Пока Питер ходил за гостем, учитель молча величественно сидел на своем троне. Внезапно он дернулся, как будто вспомнил что-то важное, и взмахнул волшебной палочкой. В центре зала, куда он ею указал, прямо напротив него выросло роскошное, даже на вид мягкое и очень удобное, кресло. Второе в комнате. Буквально через пару мгновений снова распахнулась дверь и в зал вошел незнакомый мне волшебник.
Внешний вид его оказался весьма и весьма примечательным. Примечательным своей полной незаметностью. Среднее телосложение. Совершенно обычный, безликий костюм. Темные ботинки. Темные волосы. Никаких украшений. Лицо же… Лица у него не было! Нет, конечно же, какое-то лицо, несомненно, присутствовало, но вот с какими именно чертами: подбородок там, губы, глаза, скулы — понять было невозможно. Потому что все попытки сосредоточить внимание и наконец рассмотреть их оказывались безрезультатны. Внимание фокусировалось на чем угодно: будто бы даже в простом камне стен за его спиной было много больше интересного, чем в лице мага. Что бы об этом ни говорил мозг, но взгляд просто не хотел даже на мгновение задерживаться на лице невыразимца!
"Вот так работает абсолютный отвод глаз. Он сродни магглооталкивающим чарам, но воздействует не только на простецов, но и на волшебников", — осознал я.
Подождав, пока вежливо кивнувший маг, следуя приглашающему жесту, усядется в кресле, Волдеморт с невозможной для него мягкостью спросил:
— Мне, как обычно, называть вас Джон Смит? Или сейчас со мной ведет переговоры уже не тот, что в прошлый раз, волшебник из Отдела Тайн? Представьтесь, пожалуйста.
— Мне все равно, — пожал плечами невыразимец.
— Значит, Джон Смит.
— Это не важно. Важно совсем другое…
— Да?
— Вы окончательно сошли с ума? — эти слова гость, выпрямившись, будто лом проглотив, и напрягшись, в лицо Волдеморта почти прокричал. От такого захода мы вчетвером замерли. Кое-кто, как я и Яксли, — в удивлении, кое-кто, как Гойл, — в страхе, а кто-то, вроде Хвоста, — в предвкушении. Но, что удивительно, дальше ничего ужасного не произошло! Темный Лорд, имевший привычку круциатить и авадить за много меньшее, даже не дернулся, и голос его остался все таким же спокойным и доброжелательным.
— Вы не могли бы раскрыть суть вашего… недопонимания?
— Недопонимания?! — задохнулся невыразимец. Вот у него, судя по голосу, с самоконтролем было все не так хорошо. — Вы шутите? Мы еще могли как-то "не заметить" ваше… сложное отношение к бесполезной для нас части магглорожденных и полукровок. И с пониманием отнеслись к проведенному вами, мягко говоря, несветлому ритуалу на кладбище Литтл-Хэнглтона. Ваши личные дела с иностранцами, — кивок в сторону головы на блюде, — это ваши личные дела… Но тот погром, что учинили ваши люди в Отделе Тайн?! Это прямое нарушение нашего с вами договора! Также месть местью, но абсолютно недопустимо вмешивать сюда магглов! Брокдейлский мост — это уже точно перебор! Отделу обливиаторов и нашему потребовалась почти неделя непрерывного, с использованием маховиков времени, труда, чтобы минимизировать ущерб Статуту! А нападение на слугу премьер-министра?! Вы понимаете, сколько все это стоит и во что это обошлось Статуту?
— Хм… — только и произнес Волдеморт.
— Мистер Реддл! Если вы и дальше хотите иметь наш благосклонный нейтралитет, извольте прибирать за собой сами! Маскируйте свои "акции" подо что угодно: пожар, техногенную катастрофу, бунт, теракт, вторжение инопланетян, но чтобы у магглов волнений и претензий к нам не было! Вам это понятно? Или нам следует расторгнуть соглашение и, например, сообщить всем заинтересованным лицам,
— Наш договор в силе, — после короткой паузы ответил Волдеморт.
Совершенно спокойно ответил.
Но не знаю, как остальным, а мне при этих словах стало жутко. Мало кто любит, когда его возят мордой по столу. Еще хуже, когда это делают прилюдно. И уж совсем никуда не годится, когда эти самые присутствующие люди — подчиненные. А если у человека к тому же еще болезненное самолюбие и заатмосферная гордыня…
"Если у Волдеморта так выглядит доверие… То в жопу такое доверие!!!" — передернулся я.
— Оплатите ремонт Отдела Тайн? — тем временем продолжил ковать Темного Лорда невыразимец.
— Половину.
— Половину?
— Не одни же мои… бойцы там… отметились. Будет справедливо остальное взыскать с Дамблдора. Или Поттера.
