Я попробовала лечь спать, но уснуть мне не удалось. Я пересела в кресло, накинула на плечи тёплую шерстяную накидку и зажгла светильник. Какое-то время я смотрела на огонёк за желтоватым стеклом, а потом со вздохом поднялась. Мне было неспокойно. Более того, я чувствовала себя отвратительно оттого, что проворонила Кирса и теперь сижу, ничего не предпринимая, чтоб хотя бы попытаться спасти мальчика, который просил у меня помощи и поддержки.
Откинув полог шатра, я вышла на улицу, и тут же душный от сырости воздух хлынул мне в лёгкие. Может быть, благодаря туману здесь и было безопасно, но он мне надоел. Хотелось чистого воздуха и просто взглянуть на прозрачное небо и звёзды над головой. Я медленно пошла в сторону леса.
Пройдя мимо группы воинов-монахов, стоявших на границе пустоши, я вошла в перелесок и, подняв голову, наконец-то увидела ту глубокую прозрачно-чёрную и ясную бездну, в которой неподвижно застыли звонкие огоньки звёзд. В мою грудь вливался чистый лесной воздух, наполненный ароматами деревьев и трав. Я была почти счастлива. Если б не тревога за Кирса. Я пыталась думать, что можно сейчас предпринять, чтоб помочь ему? Что? Если б хотя бы знать, где он…
— Не спится? — услышала я за спиной негромкий звучный голос короля. Он стоял в нескольких шагах от меня. На его плечи был небрежно накинут подбитый мехом плащ. Королевский венец он, видимо, оставил в своём шатре. Задумчиво взглянув на небо, он вздохнул. — Я тоже не могу уснуть, — произнёс он, подходя ближе. — Тахо вернулся, ты знаешь?
— Я заметила «Хатху».
Кибелл кивнул, глядя на меня. Его глаза были усталыми и печальными. Мне снова захотелось помочь ему, но что я могла сделать? И что можно сказать отцу, который так боится за попавшего в беду сына? Я коснулась его руки. Он кивнул, а потом подошёл и обнял. Он не пытался даже поцеловать меня. Просто прижал к себе, словно выражая благодарность и ища поддержки. Я не успела ничего сказать, как вдруг он резко разжал руки и обернулся в сторону леса. Его глаза прищурились, я взглянула туда и обмерла.
Там, совсем недалеко от нас стоял Кирс и рядом с ним другой человек, который прямо впился в нас пронзительным взглядом тёмных глаз. И узнав его, я не испытала обычной в таких случаях радости. Вместо неё меня снова захлестнула непонятная тревога.
Он заговорил первым. Взглянув на короля, он подтолкнул к нему Кирса и глухо проговорил:
— Это — ваше. И я его возвращаю. А это, — он указал на меня, — моё…
Посмотрев на короля, я вздрогнула, таким жёстким, если не злобным стал его взгляд.
— Он обещал, что не сделает ничего дурного… — пробормотал Кирс, с беспокойством взглянув на отца.
— Ты привёл его в лагерь… — тихо произнёс Кибелл.
— Это я привел его, — возразил Кристоф. — Вместо того чтоб отвести в ставку Рахута. Забирайте своё сокровище и дайте нам поговорить.
— Всё в порядке, — я поспешно коснулась плеча Кибелла, готового взяться за меч. — Я прошу тебя, если ты прощаешь некоторую дерзость мне, то прости и ему.
Кибелл посмотрел на меня. Его губы сжались в тонкую линию, а глаза метали молнии, но он сдержался. Чуть заметно кивнув, он развернулся и пошёл обратно в лагерь. Кирс направился следом, то и дело оглядываясь назад.
Мы с Кристофом остались один на один. Он подошёл ближе и протянул мне руку. Я обняла его и прижалась к его груди, чувствуя его губы на своем виске. На какое-то мгновение мне показалось, что вся моя тревога — это ничего не значащий пустяк, но только на минуту. Оторвавшись от него, я взглянула ему в глаза.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я.
— Я привёл вашу пропажу, — пожал плечами он. — Разве это не достаточный повод?
— Я не о том. Что ты делаешь на Диктионе?
— Отрабатываю контракт, — он снова пожал плечами.
— Ты с ними? — я мотнула головой в сторону столицы.
— Да.
— Почему? — я вглядывалась в его глаза, и хоть он не отводил их, я чувствовала, что на откровенность он не настроен. — Трудно поверить, что тебя заинтересовал поход с целью завоевания мирной планеты.
— Ну, почему же… Прекрасная возможность сохранить для света и для тебя несколько душ.
— О чём ты?
— Неважно… — он покачал головой. — Я сразу почувствовал, что ты появилась здесь, и мне стало не по себе, хоть я и предполагал, что это возможно. Ты так прикипела к этому миру… и к этому королю… — он взглянул на меня.
— Ты ревнуешь? — удивилась я.
— Не знаю. Ты же тоже иногда… Впрочем, дело не в этом. Так или иначе, но я оказался на этот раз по другую сторону баррикад. Очень странное и непривычное чувство. Мы с тобой всегда были заодно.
— Тебе нужна помощь? — спросила я.
— Пока не знаю, — он задумчиво смотрел куда-то мимо меня. — Это моё дело.
— Но если я могу… — начала я, но Кристоф покачал головой.
— Не сейчас. Может, я справлюсь сам. Это сложное дело… — он как-то напряжённо взглянул на меня. — Я начал ошибаться.
— Что ты имеешь в виду? — пробормотала я, чувствуя, как холодеют руки от его тона.
