Леди Элизабет оторвалась от книги и подняла на него глаза. На лице девушки отразилось неподдельное удивление. Маркиза ждала, нервно притопывая, пока дочь не поднялась из кресла, причем с явной неохотой. Что не так с молодыми женщинами в этой семье? Ни та, ни другая из сестер-близняшек не впечатлилась его особой.
— Ваша светлость, это моя дочь Элизабет. Лиз, это герцог Торнбери.
Девушка присела в реверансе, но так, словно перед ней был кто угодно, но не представитель света.
— Ваша светлость, — буркнула она без всякого выражения.
— Леди Элизабет, — приветствовал ее Эйден полным достоинства поклоном.
— Пожалуй, оставлю вас, чтобы вы получше узнали друг друга, — сказала маркиза и быстро отошла от них.
Как только мать ушла, Элизабет плюхнулась в кресло и опять уткнулась в книгу. Да, некорректно, но совсем не удивительно.
Эйден откашлялся.
— Не могли бы вы уделить мне минутку, леди Элизабет?
Девушка что-то промычала и перевернула страницу.
— Как я вижу, ваша сестра пользуется успехом.
— Да, — только и сказала Элизабет.
Прекрасно! Односложными ответами юная леди, скорее всего, надеялась дать ему понять, что не желает с ним общаться.
— И что, так целый сезон? — не отставал Эйден.
— Почти.
— А вы?
Элизабет отложила книгу и напряженно ему улыбнулась.
— А я — нет.
— Возможно, вам просто стоит выйти из тени?
Она снова уткнула нос в книгу.
— О, вы, наверное, меня с кем-то перепутали: я не стремлюсь замуж.
Эйден нахмурился.
— Вы дебютантка, ведь так?
Элизабет подняла на него глаза.
— Только совершенно особенного вида: я не стараюсь кого-то очаровать, или заинтересовать, или… поразить воспитанием.
Последнее слово она выделила голосом, явно намекая, что надо прекратить этот разговор.
— Вы напомнили мне Сент-Клера, — заметил Эйден с улыбкой.
— Кого? — переспросила она, потому что от нее ожидали вопроса, а совсем не потому, что ее это как-то интересовало.
— Моего лучшего друга. Неважно. Послушайте, я здесь для того, чтобы попросить вас о помощи.
— Вряд ли я могу вам ее дать.
Эйден тихо вздохнул: ну почему с этими Уитморлендами всегда так сложно?
— Я чем-то обидел вас, леди Элизабет?
Резко захлопнув книгу, девушка поднялась и расправила плечи.
— Да, ваша светлость. Вы оскорбили мою сестру, а значит, и меня.
— Вот поэтому я и прошу у вас помощи — чтобы надлежащим образом извиниться перед леди Джессикой.
Прищурившись, девушка посмотрела на него, но Эйден безошибочно заметил огонек интереса в глубине ее темных глаз. Упомянув о цели своего визита, он привлек ее внимание.
— Что именно вам нужно от меня?
— Информацию, миледи.
Она вздернула подбородок.
— Какую же?
— Что любит леди Джессика, что ее может заинтересовать или обрадовать…
Элизабет задумалась на мгновение, побарабанила по щеке пальчиками и кивнула.
— У Джессики нет каких-то особенных предпочтений. Она любит шоколад, драгоценности, прогулки в парке. О, еще она обожает цветы, розы — розовые.
Губы Эйдена медленно растянулись в улыбке.
— Розовые розы, говорите?
Поздней ночью Джессика в розовом атласном пеньюаре лежала в изножье кровати Элизабет. Мэри, ее горничная, уже расчесала ей длинные темные волосы, приготовив ко сну. У сестры не было своей горничной, потому что Медди, которая раньше занималась этой работой, стала теперь fiancée — невестой Джастина, причем с немалой помощью со стороны Элизабет. Сейчас, до свадьбы, Медлин жила в доме их старшей сестры Вероники и ее мужа Себастьяна. Такое положение дел полностью устраивало Элизабет, и она не горела желанием иметь новую горничную, к великой досаде маркизы.
Уставившись на зеленый балдахин над кроватью, Джессика вздохнула. Ей отчаянно хотелось спросить сестру, что заставило герцога Торнбери прийти к ней с визитом, но если спросить об этом прямо, то Лиз поймет, что этот несносный человек ее заинтересовал, и начнет подтрунивать. Ей хотелось, чтобы он поскорее ушел. Герцог очень нервировал ее, потому что о чем-то говорил там, в углу, с сестрой. Она не стала просить мать, чтобы приказала дворецкому больше не впускать Торнбери в дом: ей даже в голову не приходило, что он захочет прийти. Она ведь вполне ясно высказала, как относится к нему после того нелепого извинения, но он вернулся, причем вернулся, чтобы увидеться с Лиз. Не знаешь, что от него ждать.
Джессика попыталась переключить внимание на графа Ситона. Сегодня он поинтересовался, собирается ли она приехать на бал к Уэйкфилдам на следующей неделе. У них получился очень легкий, ни к чему не обязывающий разговор о светских мероприятиях и увеселениях, которые предлагал парк развлечений Воксхолл. Но Джессике приходилось не один раз просить бедного лорда Ситона повторять сказанное, потому что она не могла сосредоточиться и заставить себя отвести взгляд от Торнбери, беседовавшего с Лиз.
Молчание первой нарушила Элизабет.
— Как сегодня прошла твоя беседа с графом Ситоном? Он не заинтересовал тебя больше, чем барон Хартфорд или виконт Бербрук?
