– Розу Ароновну и… тебя, – вздохнула тетушка. – Вы же, болтушки, зацепились языками за треклятые костюмы в альбоме, где был и Розин эскиз наряда гейши. Этот, как его там?
– Томат с содовой, что-то типа того, – услужливо подсказала, так как запомнила, Ирка.
– Томэсодэ! И комати-гэта. – Марфинька подняла очи горе, будто жалуясь небесам: поглядите, с какими тупицами дело имею. – Постойте, позвольте, а их нашли? – Она вперила пытливый взор в генерала Митеньку.
– Кого? – Тот слегка оробел.
– Что! Томэсодэ с комати-гэта? И альбом с эскизами? Альбом, считайте, мой, Роза мне его дала, никто другой на него никаких прав не имеет. А томэсодэ я согласна купить, у меня к нему и кандзаси имеется!
– Что, что у нее имеется? – Ирка наклонилась ко мне.
– Неуемное желание красоваться в экстравагантных нарядах.
Я прищурилась и представила мадам Зарецкую фланирующей по Невскому проспекту в томэсодэ, комати-гэта и кандзаси, чем бы это последнее ни являлось…
Не-е-ет, перебор. Туристы примут мадам за промоутера и будут подходить за флайерами со скидкой на суши, роллы и саке.
Она будет в бешенстве, а мы обхохочемся.
Мы ж такие – веселые и находчивые.
Всегда находим себе приключения.
