– А «этот гад» у нас – кто? – вернулась Ирка, принесла целую коробку с таблетками и пузырьками. Беспомощно посмотрела на полумертвую Лялю и поставила коробку на прикроватную тумбочку: поняла, что дать лекарства больной в бессознательном состоянии не получится.
– Лжедоктор из больницы, похожий на актера Хван Ин Ёпа.
– А я даже не знаю, как он выглядит, – досадливо пробормотала тетушка.
Наверняка теперь начнет смотреть дорамы.
В прихожей снова затопали – вернулся Колян, привел медиков. Больной сразу что-то вкололи, переместили на носилки, понесли вниз. Мы опять побегали по квартире, разыскивая на этот раз документы Ольги Ивановны и ключи от квартиры. Нашли, сунули клатч с китайским паспортом ей под бок на носилки, выключили всюду свет, вышли и заперли дверь.
Ирка поехала с больной на «скорой», а мы с мужем повели домой мгновенно сдувшихся мадам. Тетушка еще старалась держаться, а Марфинька еле переставляла ноги и висела на плече Коляна, как тряпичная сумка.
– Нет, не надо, пока помолчи, – остановила меня тетушка, едва я открыла рот. – Все обсудим и обдумаем позже, сейчас у нас на это нет сил.
– У вас нет. – Я все же заговорила и поднесла тетушке ее сумочку, которую чуть раньше забрала, чтобы не отягощать старушку лишним грузом. – Поэтому все обсудить я хочу совсем с другими людьми. Телефон держать у вас сил хватит? Чудесно. Соедините меня с генералом Митенькой, пожалуйста.
– Так, всё или не всё? Ира, вазу приготовь! Лена, где салфетки? Зря я кольца для них начистила?! – Тетушка проверяла общую готовность к приему важного гостя и заметно нервничала.
– Ваза готова. – Ирка вынесла из санузла пузатую вазу с водой. Не буржуинского лотарингского стекла – советскую хрустальную, но тоже очень красивую.
И мокрую. Так и норовящую выскользнуть из рук, чтобы с грохотом удариться об пол и превратиться в фонтан искристых брызг и осколков.
Я ловко отпихнула кота, приготовившегося нырнуть подруге под ноги и устроить нам праздничный салют, и тоже доложила:
– Салфетки готовы.
– Прекрасно, прекрасно. – Тетушка сняла фартук, разгладила руками складки юбки.
– Что ты так волнуешься, Идочка? Можно подумать, мы никогда генералов не встречали. – Марфинька предпочла бы, чтобы все суетились вокруг ее собственной персоны. – Ты и сама у нас, к слову… Тссс. – Она осеклась и приложила пальчик к напомаженным губам.
– Да, тетя, а кто ты у нас? – Я вспомнила, как родная старушка вызывала медпомощь каким-то цифровым кодом. – Неужто шпион?!
– С ума сошла? Совсем наоборот. – Тетушка покрутила перстом у виска, глянула на палец, ахнула: – Ноготь сломала! – и побежала искать пилочку.
Звонок залился трелью, кот порысил открывать, прыгнул на дверь, нажал на ручку.
– Здра-а-а… А?
Похоже, дрессированные коты генерала еще не встречали.
– Здравствуй, здравствуй, дорогой Митенька! Сколько лет, сколько зим! Воля, брысь. – Тетушка отогнала кота и быстро организовала правильный комитет по встрече. – Это моя внучка Леночка и наши подруги Ирочка и Марфа Ивановна.
– Можно просто Марфа, – разрешила мадам Зарецкая, одобрительно оглядев званого гостя.
За чаем, уважая правила хозяйки дома, вели исключительно светскую беседу: сначала о погоде, потом о природе, затем о культуре… Мне не терпелось, я несколько раз пыталась сузить тему культуры до театра, чтобы уже оттуда перебросить мостик к смерти Барабасова, но тетушка мне мешала, делая строгие глаза и стуча ложечкой по блюдечку. Я вздыхала и ждала.
Дмитрий Андреевич Толстопятов, тетушкин генерал Митенька, посетил нас, чтобы в приватной обстановке рассказать о выводах официального следствия. Оно все-таки было проведено – мне удалось заинтересовать генерала собранными фактами и сделанными предположениями. Это радовало, но умеренно. Шерлок Холмс поставил бы нам максимум троечку: что-то мы раскопали, но сами дело до конца не довели, передали профессионалам.
В лаконичном изложении Дмитрия Андреевича история выглядела такой простой и понятной, что я почти устыдилась собственной тупости. Как же мы сами не разобрались? Почему тыкались туда-сюда, как слепые котята? До очевидной вещи не додумались!
– Их было двое. Два творческих молодых человека, оба из Китая и по фамилии Ван, – сказал генерал. – Ван Бо и Ван Цзычен.
– Надо же, какое совпадение! – изумилась тетушка.
– Не такое уж удивительное, – не согласился с ней Дмитрий Андреевич. – Это самая распространенная фамилия в Китае, там ее носят почти три миллиона человек. Даже в местной китайской диаспоре больше сотни Ванов, а всего в Санкт-Петербурге, по неофициальным данным, проживают от пяти до десяти тысяч граждан КНР, порядка семидесяти процентов из них – студенты вузов. В том, что наши два Вана встретились, тоже нет ничего удивительного: молодежь из Поднебесной традиционно держится вместе.
– Они и жили вдвоем, я правильно поняла? – Моя падающая самооценка требовала подпорок в виде подтверждения правильности хотя бы некоторых догадок.
– Снимали на двоих квартиру, – кивнул генерал.
