Анна, улыбнувшись, говорит:
— Я знаю, что ты со всем справишься даже без моих подбадриваний. Но я хочу помочь по-настоящему. Что я могу сделать?
— Прости, мам. Думаю, что ничего.
— Ну, что ж. Я никогда не хотела участвовать во всех этих корпоративных интригах, — вздыхает мама. — Уверена, мужчины рода Грозиных вполне разберутся без меня.
— Не сомневайся, — киваю я, отламывая вилкой кусочек сырника.
Не успеваю обмакнуть его в сметану и съесть, как раздаётся звонок телефона. Это не кто иной, как министр Ларин.
Хм, неожиданно. И сомневаюсь, что он звонит с хорошими новостями.
Беру трубку:
— Да?
— Александр, доброе утро. Буду краток. У вашего рода большие проблемы.
— Я в курсе, господин министр. Или вы хотите рассказать мне что-то, чего я не знаю?
— Вот именно, — отвечает Ларин. — Ты даже не представляешь, насколько всё плохо. Слушай…
Мама, взглянув на меня, выходит из кухни. Видимо, она догадалась, что разговор серьёзный, и мне лучше не мешать.
— Я не знаю, что вы не поделили с императором, но он спустил на вас всех собак, — шёпотом говорит Ларин.
— Вы имеете в виду аудиторскую проверку или есть что-то ещё? — уточняю я.
— Есть очень много всего. Мне стало известно, что его величество надавил на несколько дворянских родов и заставил разорвать контракты с Династией. Кроме того, он нацелился и на вашу Цитату. Вы в курсе?
— Насчёт контрактов — да. Это уже в новостях. А чем ему не угодила Цитата?
— Да всё тем же. Она принадлежит Грозину, — отвечает Тимофей Иванович.
— Ну, там же не только моя доля. Есть ещё Белозерская и Булатов.
— Какая разница? Там есть вы, и это главное. В ближайшее время вас тоже ожидает строгая проверка, поэтому подготовьтесь. Также мне на стол попал проект закона о дополнительных налогах на производство и продажу канцелярских товаров.
— Даже так? Император издаёт новые законы, чтобы мне насолить? Приму это как комплимент, — усмехаюсь я.
— Не думаю, что здесь есть что-то весёлое, Александр, — бурчит Ларин. — И это ещё не всё.
— Слушаю, — говорю я и делаю глоток кофе.
— Феникс вчера вечером получил грант на развитие тяжёлой промышленности. Он вышел из ваших проектов, но теперь сможет развивать собственные. Ему также безвозмездно предоставили старые заводы на юге империи. Понимаете? С его помощью корона ослабляет Династию и отбирает у вас часть бизнеса.
— Да, понимаю. Но кто сказал, что у него получится? Мы не сидим сложа руки.
— Он тоже. Могу сказать, что Феникс также получил тайные налоговые льготы и дополнительные субсидии в тех отраслях, из которых вас хотят выдавить, — говорит Тимофей Иванович. — Я не знаю, как вы собираетесь бороться с таким противником…
— Как-нибудь справимся, — спокойно отвечаю я.
— Александр, хочу сразу сказать — я вряд ли чем-то смогу помочь. Поймите меня правильно, но я не собираюсь сражаться с императором. Как максимум, я могу попробовать задержать какие-то проекты помощи Жарову.
— Всё в порядке, господин министр. От лица рода благодарю за информацию. Приезжайте вечером в Наследник, вас будет ждать особенный ужин, — говорю я.
— Не стоит, Александр. Я бы предпочёл сделать вид, что не вмешиваюсь. Но если появится что-нибудь ещё — обязательно позвоню. Сочтёмся, — отвечает Ларин.
— Хорошо. Всего доброго, — говорю я и кладу трубку.
Не могу сказать, что удивлён. На что-то подобное я рассчитывал, но не думал, будто император будет так открыто давить на нас и поддерживать Жарова. Он думает, что мы не можем ударить в ответ? Ещё как можем.
Надо посоветоваться с князем и решить, как именно мы отреагируем. Потому что терпеть такое нельзя. Не только мы видим, как корона плюёт на род Грозиных. Если просто утрёмся и ничего не сделаем, это будет пятно на репутации и повод для других проверить нас на прочность.
Первым делом я решаю, как быть с Цитатой. Звоню Булатову, и мы вместе придумываем идеальную схему обхода повышенных налогов. Которые, я уверен, будут приняты очень быстро.
Сначала мы переведём часть экспорта Цитаты на азиатские рынки. У нас уже есть договорённости с китайской фирмой «Хон Ю» и сингапурским фондом «Золотая пальма». Они готовы выкупать партии канцтоваров по цене выше рыночной, но с отсрочкой платежа. Это даст нам время перестроить логистику.
— Прекрасно, Александр. Я сейчас свяжусь с азиатами. Но как быть с налогами? — спрашивает Богдан Борисович.
— Мы не будем платить, — улыбаюсь я. — Все контракты оформляем через офшорные компании на Кипре. У меня есть человек в Европе с хорошими связями. Юридически Цитата будет продавать азиатам товары по себестоимости, а те перепродавать у себя с наценкой. Налоговая получит отчёты с нулевой прибылью.
— Гениально и рискованно, — хмыкает Булатов. — Хорошо, я этим займусь. Но мне бы не помешала твоя помощь.
— Постараюсь приехать сегодня, но не обещаю. Думаю, что Белозерская тебе поможет.
— Хм, не уверен. Её вызвал к себе твой дед, ты в курсе? Сегодня днём она поедет к нему, и разговор, похоже, планируется неприятный, — сообщает Богдан.
— Правда? Я не знал, — отвечаю я.
