– Я же говорил, – сказал он это еще тише. Так тихо, что Бейкер только через время разобрал слова. После того, как Фрай О’Коннелл сказал:
– Патекс.
У того снова всё сжалось, но он тут же вышел вперед, чересчур резко, словно его ужалила пчела в заднее место. Он сжал челюсть, впервые почувствовав мороз улицы, как будто до этого стоял возле горячей батареи.
Патекс был выше Мальчика из Аделии, но все видели, на что мальчик из Аделии способен. Они считали, что его научили этому в Центральной Аделии, потому недолюбливали. О понятии «Полубог» никто не знал, за исключением одного лишь Макунета ка Триера, который однажды заикнулся об этом и вскоре понял, что лучше такое не говорить, и их учителя.
Пожалуй, голубоглазого мальчика еще недолюбливали и за его «близость» к учителю. Им казалось, что Раст – любимчик Фрая О’Коннелла. Хотя никто из них ни за что не захотел бы стать таким любимчиком.
-Начинайте, – сказал Фрай и с этого момента более не смотрел себе под ноги.
Оба подошли к промокшему не меньше, чем они сами, мешку с деревянными палками. Выхватили по одной и отошли друг от друга на приличное расстояние. Патекс держал палку неуверенно, словно в руках у него был бластер и он собирался из неё стрелять, а не биться ей, но затем встал в стойку. Дерево было влажным.
Голубоглазый мальчик смотрел на гору, за которой не было видно солнца.
– Ближе, – сказал учитель. Патекс сделал пару неуверенных шагов. Мальчик из Аделии тоже прошагал.
– Начинайте, – повторил учитель.
Раст сжал палку и двинулся вперед. Патекс тоже вцепился в неё, как утопающий за соломинку. Шаги обоих мальчиков были размеренными, осторожными. Патекс сделал выпад первым, попытался отвлечь соперника ударом по коленям, совершив переход к удару по плечу, но мальчик из Аделии отразил всё. После неудачной атаки они снова закружили. Остальные наблюдали. Губы Бейкера беззвучно шевелились. Он думал: «Пропусти удар, пропусти удар, пропусти удар, получи по роже, получи по роже, выбей ему зубы…»
Патекс снова сделал выпад. И снова неудачный. На этот раз Раст наказал соперника за такую глупую резкость, ударив того по лодыжке, хотя шея тоже была свободна. Фрай поморщился, но продолжил наблюдать, переходя с одной стороны на другую. Он следил только за Растом.
