– Насчет наемника… – При разговорах с мудрецами выше четвертой степени Полубог старался не колебаться, даже если это был его отец. Но бывают такие случаи, когда колебание – метод незаметной лжи. На этот раз Раст применил этот метод: – видимо, какие-то враги из прошлого. Возможно, даже твои, отец. Либо Аделии. В общем, это не имеет значения, – во время рассказа он два раза повернул лицом, отвел глаза только во время вдоха. Сделал всё, как нужно, чтобы Уинкорн ничего не заметил: – А вот махат… как я сказал, он был слаб. Но я думаю… скорее всего тот, кто его посылал, не рассчитывал на мою смерть. Он был послан как разведчик, чтобы умереть и выяснить…
– Кто? Кто послал его?
– Пока не уверен… Есть и слухи, и подозрения. Я не добился с убийцы ни одного слова. Но кое-что открылось мне в видении. Я думаю, это Титан Деймос.
– Ти… – запнулся отец. –
– Ты знаешь, что видения доступны не только нам и пророкам. Это было послание от Династии, отец. Меня предупредили, намекнули, что Титан что-то знает. Что он наблюдает за Домоусом. И у него какое-то дело до меня. Он думает, я могу помешать ему.
– Но разве он не слишком силен для тебя? – вмешалась Ульяна. – Если ты ему угроза, разве не мог он просто…
– Это не так уж и легко, – улыбнулся Полубог. – Давайте не будем об этом, это всего лишь догадки.
– Хорошо, – сказала Ульяна недоверчиво. Сглотнула. – А что насчет Хемпуда?
– Там был
– Ты ведь пошел туда по видению, верно? – спросил Уинкорн.
– Да. Мне нужна была информация.
– Информация?
– Мне нужно было узнать кое-что о Гоннолле.
– Гоннолле? – изумился Уинкорн. – Это ведь сеть самых гнусных городов и пустынь…
– Знаю, – перебил Хранитель.
– Тебе нужно будет туда? В Гоннолле? – поинтересовалась мать.
– Пока еще неизвестно. Возможно. Скоро мне предстоит увидеть.
– Но что ты там будешь искать?
– Не могу сказать… точнее, не здесь.
Отец изумился пуще прежнего:
– Но в священном холле…
– Знаю, – холодно заметил сын. – Но здесь все равно может быть небезопасно. Нас могут слышать, даже тут.
Уинкорну ничего не оставалось, кроме как вздохнуть.
– Сможешь рассказать нам потом? – вновь поинтересовалась мать.
– Вряд ли.
– А что с королем? – вдруг сменила она тему без особого интереса. Раст всегда умалчивал только о
– Да.
– Он что-то говорил о нас?
– Нет. Он был собой. Слова о развитии Аделии, о наших делах. Хотел, чтобы я ему доверял.
– Ты не доверяешь королю? – с любопытством задал отец.
Полубог улыбнулся:
– Хемпудцам никогда не убедить нас в чем-либо. А уж тем более доверие…
– Верно, – улыбнулся Уинкорн.
– Лишь благодаря твоим урокам я еще жив. Они мне во многом помогли.
– Не говори об этом, – упрекнула мать. – Не здесь. В священном холле не говорят о смерти. Мы и так уже наговорили слишком многое.
– Да, мама. Ты права.
– На сколько ты задержишься здесь? – спустя короткую паузу спросила она.
– Как обычно. Пока не узнаю, куда дальше.
Снова настала тишина. Все будто бы подумали, как редко они стали видеться, как жизнь их отличается от других семей, обрела какой-то формальный характер. Словно жизнь между ними давно увяла. Раст не мог смотреть на такие лица родителей. Ведь всё так сложилось, как многие считают, из-за его собственного выбора. На самом деле это не так. В действительности он никогда не выбирал. Вера Хранителей сама выбрала его.
Уинкорн посмотрел на жену: она пыталась скрыть свою печаль на лице. Он кивнул ей, а она в ответ.
– Выйдем на балкон, Раст, – предложил отец.
Они двинулись к проходу без двери, из которого лился солнечный свет. Мать оставалась в холле, присев возле статуи.
Они вышли на балкон, и перед их глазами предстала Центральная Аделия: разнообразные храмы, башни, мечети. Здания различных форм и размеров, но не это было особенностью, а сады, зелень, части природы, которые чередовались с ними. Раст всегда восхищался местом, в котором родился. Нет ничего красивее Аделии. Центральной Аделии. Некоторые здания были построены по наставлению его матери – она занимала пост Второй Главы архитектуры города и по большей части отвечала за те самые сады, которым завидовали многие. В своих работах ей помогала команда пре-лидеров из десяти человек.
Солнце медленно садилось, его яркий свет падал прямо на храм.
– Красиво, – прошептал Раст.
– Здесь всегда красиво.
– Знаю. Я горжусь, что родился здесь.
– Ты бы мог провести здесь всю свою жизнь.
– Мог, если бы у меня был выбор. Мы уже говорили об этом.
– Знаю. Но разве у Хранителей нет что-то вроде пенсии?
– В Высшем Совете её тоже нет.
– Да, но…
– Мы служим до конца своей жизни, и тебе это известно, – сказал Раст. – Если тебя это утешит, ближе к старости видения прекращаются. А если нет видений – значит, от тебя ничего не требуется. Тогда наступает что-то вроде пенсии.
