Династия Скоген полностью

Меня мучили угрызения совести, ведь я еще так и не поделился с ним тем, что мне рассказал дедушка, хотя Хеннинг был напрямую вовлечен в это. Причем настолько, что его менеджер, страшась возможного вреда имиджу из-за видеозаписи, нашел ему фальшивую подружку, Карлу, из страха, что от него откажутся спонсоры, если обо всем узнают.

Александер: Почему спрашиваешь? Новый год только через три месяца.

Хеннинг: Друг соседки Карлы пригласил нас в хижину в Австрии. Там еще две свободные комнаты. Может, хочешь поехать с нами?

Александер: Я подумаю. И как прошли ваши выходные?

Между тем Хеннинг уже два месяца действительно состоял в отношениях с Карлой, и свободные выходные между гонками, которых сейчас было мало, они использовали для того, чтобы проводить время вместе. Обучение Карлы на юриста требовало много усилий, а он вне гоночных трасс тренировался на симуляторах и проводил свои Twitch-стримы.

Хеннинг: Хорошо. Но слишком быстро. А как дела у тебя?

Я подумал, нужно ли сообщить ему что-то безличное, и наконец принял решение. Прежде чем мы встретимся в следующий раз, может пройти еще несколько недель до его приезда в страну, и лучше, если он узнает обо всем сейчас. В конце концов, помимо Мара, он был моим лучшим другом и всегда заступался за меня.

Александер: Я и так хотел с тобой поговорить. Есть немного времени?

Пару секунд спустя он позвонил по видео.

– Привет.

– Привет, – на маленьком экране появилось лицо Хеннинга. – Что такое? – спросил он на английском и выдохнул сквозь зубы, как только увидел фон сзади меня. – Круто. Где ты?

– В Осло.

– В номере отеля?

– Да.

– Один?

Я проворчал что-то неразборчивое в ответ.

– Ох, а я-то думал, что ты еще не забыл Нору.

Должно быть, что-то в моей мимике сдало меня, потому что его темно-карие глаза широко распахнулись, и друг провел рукой по густым волосам, которые за последние недели еще больше отросли.

– Просто признайся, она была с тобой?

– Я не поэтому хотел с тобой поговорить.

– Она снова тебя бросила, – угадал Хеннинг, из-за чего я снова пожалел о своем решении поговорить с ним.

– Она оттолкнула меня из-за страха, что когда-нибудь я уйду, – неуверенно объяснил я.

Он покачал головой.

– Женщины нашего поколения… На каких же придурков они постоянно попадают, раз у них такие проблемы с доверием?

– Дело не в этом. Не только. Ее родители ушли из жизни рано, и я думаю, что из-за этого она не может довериться кому-то, боясь снова оказаться в одиночестве. Таким образом она избегает риска.

– П-ф, звучит сложно. И она это уже осознала?

Я покачал головой:

– Нет, думаю, что нет. Не уверен. Возможно, это вообще осознанное решение. Именно потому, что она давно это поняла.

– И что ты собираешься делать?

– Убедить Нору, что лучше дать отношениям шанс, даже если есть риск все потерять.

– И как ты планируешь это сделать? – спросил Хеннинг и указал большим пальцем на самого себя. – После того, как я натворил дел и должен был во всем разобраться, могу поделиться опытом: не всегда важны широкие жесты. Думаю, необходимо, чтобы она поняла саму суть послания. Чтобы и ее сердце в конце концов его поняло.

Мои губы растянулись в дерзкой улыбке.

– Звучит жалко. Но, скорее всего, абсолютно верно.

– Лучше быть жалким, чем без женщины, которую хочется видеть рядом с собой.

– Снова верно, – долгий вдох наполнил грудь. – Мой дед виноват в скандале, – внезапно признался я.

Резкая смена темы нанесла удар, словно бомба. Хеннинг выпрямился, на его лице появилось желание убивать, что резко контрастировало с его терпеливой натурой.

– Что, прости? Подожди, – он замолчал, словно ему в голову пришла идея. – Ты разве только что не присоединился к фирме?

– Это была проверка, – смиренно ответил я, и сам устыдился своей бесхребетности. Храбрость покинула меня. Какой я жалкий.

– То есть?

– Дед проверял, готов ли я занять важные места в фирме и строить карьеру, поднимаясь до руководителя.

– И для этого он устроил скандал и учел возможный урон бизнесу?

Меня тоже уже посещали такие мысли, но логическое объяснение все же имелось.

– Всю мою семью уже десятилетиями обливает грязью бульварная пресса, и это не навредило марке «КОСГЕН», даже наоборот. Наверное, именно поэтому случившееся не проблема.

– А ты готов? – иронично спросил Хеннинг. – К своей новой роли в «КОСГЕН»? – Даже на очень маленьком экране я видел, что друг сердит.

– Мне жаль, ясно?

Его лицо немного прояснилось.

– Я надеюсь, тебе жаль себя. Ты должен наконец понять, чего хочешь сам, а не следовать чужим желаниям. – Он вздохнул. – Если честно… Заступись за себя, черт побери. С какой стати ты вообще начал работать в фирме после всего этого? После того, как твой дед злоупотребил твоим доверием? Аасмунд Скоген, как он живет и здравствует…