Династия Скоген полностью

– Она вместе с Оле отошла в туалет, но прошло уже десять минут…

Мышцы на моем лице застыли, пульс резко ускорился, а сердце на мгновение остановилось. Последние десять минут мы поднимались в гору через лес, если говорить о «годах странствий», то можно назвать это вечностью. В моем мозгу сразу пронеслись все ужасные сценарии, но я постаралась обратиться к маме Вилмы с нейтральным выражением лица.

– Где она?

– Внизу была развилка, она ушла туда. Я ждала, но Вилма так и не вернулась.

– Оле! – крикнула я вперед. Он развернулся, как и Сандер, услышавший в моем голосе что-то такое, что заставило его прислушаться. На его привлекательном лице появилось беспокойство.

– Вилма исчезла.

Мои слова и опасения Сильвии, возможно, благодаря бабушкиным суевериям, стали причиной первой катастрофы.

Исчезла. Подобно призраку, это слово пронеслось по лесу, как злое предзнаменование, о котором нельзя говорить вслух, но которое от этого не исчезало.

По обеспокоенным лицам окружающих я понял, что все осознавали всю серьезность положения. Это необязательно что-то значит. Надеюсь, ничего не значит. Но это и не то, к чему можно относиться легкомысленно.

Оле и Нора старались вести себя как профессионалы. Возможно, Нора могла обмануть других и сохранять внешнее спокойствие, но по ее напряженному лицу и тому, как она крутила свое кольцо, было заметно, как девушка волнуется.

– Уверена, она просто сбилась с пути, – убеждала Нора родителей Вилмы полным сочувствия тоном и подчеркнула слова успокаивающим жестом. Испуганная Джулия стояла рядом, а Сильвия утешающе обнимала ее за худые плечи.

Мое проклятое сердце растаяло от увиденного.

– Она же знает правила? Оставаться на месте и дальше не уходить? К счастью, здесь нет крутых склонов, а медведи встречаются скорее в регионах рядом со Швецией.

– Медведи? – выдохнула мама Вилмы, и ее глаза наполнились слезами. Судя по всему, только сейчас она осознала масштаб опасности.

– Не волнуйтесь, мы быстро найдем девочку.

На секунду я задумался, как бы отреагировали мои близкие, если бы им сообщили о том, что меня разыскивают. Дедушка, скорее всего, посчитал бы, что я сам виноват, но при этом постарался бы меня найти. Чтобы восстановить репутацию. Элли бы умирала от беспокойства, не смогла бы ни есть, ни спать и делала бы все, что в ее силах, чтобы найти меня. А насчет родителей я больше не был уверен. Тео? Он, скорее всего, просто продолжил бы жить своей жизнью.

Вскоре я почувствовал острую боль в груди, но сумел скрыть ее под толстой броней безразличия. Мой взгляд оставался спокойным, а в душе я был уверен, что все мы неидеальны. Вся моя семья испорчена. Включая меня.

– Нужно было дать мне знать, тогда я бы не упустила из виду эту ситуацию, – почти неслышно шептала Нора Оле, однако я все равно услышал ее слова, потому что стоял рядом. В ее голосе не было упрека, только искренняя обеспокоенность.

– Я не хотел перекладывать все на твои плечи.

Нора тихо вздохнула.

– Мы найдем ее, – потом она повернулась к остальным, расправила плечи, снова излучая авторитет и уверенность, которые с самого начала удивляли меня.

– Мы должны организовать поисковую команду и разделиться. Только не по двое, а по одному. Местность здесь довольно проходимая. Мы готовы поделиться дополнительными GPS-устройствами и обозначим место встречи на случай, если придется отойти от него дальше, чем это необходимо. Устройства связаны между собой. Когда кто-то найдет Вилму, отправьте сигнал, и мы все встретимся здесь. Есть вопросы? Нет. Ладно, добровольцы, на поиски?

Кроме меня, вызвались еще родители Вилмы, Оле, Римас и господин Клаусен, которого звали Пиит. Я заметил искру одобрения, сияющую в глазах Норы. Едва заметный кивок в мою сторону, и ее серьезно сжатые губы смягчились. Мне вдруг захотелось поцеловать ее лоб, чтобы разгладить морщинки беспокойства, и я всерьез задумался, откуда возникло это желание.

Это желание просто стоять рядом с ней и быть рядом.

После собрания мы все отправились в лес, удалившись от места встречи на расстояние в десять метров.

– Вилма?

– Вилма!

Мое тело практически автоматически подстроилось под новую ситуацию. Дыхание стало размеренным, сердцебиение успокоилось, восприятие стало острее. Я прислушивался, внимательно осматривался по сторонам, пытался разглядеть что-то в чаще леса и замечал, как слева и справа двигаются остальные. Как тени, пробирающиеся между деревьями.

Здесь было на несколько градусов холоднее, чем на главном пути, и морозец пробежал по моему позвоночнику. Маленькие ветки трещали под походными ботинками. Чем гуще становились заросли, тем сильнее расплывались силуэты остальных.

– Вилма? – крик стал тише, смешавшись с воем ветра, проносившимся между кронами, словно чудовище.