Американскую общественность следовало бы успокоить выводами американских войск и серьезными усилиями на переговорах; Южный Вьетнам смог бы получить подлинную возможность защищать себя при помощи крупномасштабной американской помощи и подготовки персонала; Ханою же был бы предложен как пряник в виде мирных инициатив, так и кнут в форме периодических акций возмездия, которые привели бы к его истощению и служили бы предупреждением о том, что сдержанность Америки имеет границы. Будучи сложной стратегией, «вьетнамизация», так или иначе, таила в себе огромный риск того, что она может не сработать в плане синхронизации трех элементов стратегии. Просто не хватит времени, и вся эта политика закончится громким провалом. Само это мероприятие было в лучшем случае ненадежным, поскольку каждый уход поощрял бы Ханой, а каждый прощальный выстрел подогревал бы движение за мир.
В направленной мною памятной записке Никсону от 10 сентября 1969 года, значительная часть которой была подготовлена Энтони Лейком, тогда являвшимся моим старшим помощником, позже занимавшим пост советника по национальной безопасности президента Клинтона, я обратил внимание на все риски, связанные с «вьетнамизацией»[975]. Если «вьетнамизация» потребует слишком много времени, как утверждалось в памятной записке, общественное беспокойство могло бы скорее возрасти, чем ослабнуть. В таком случае администрация окажется на ничейной территории между «ястребами» и «голубями» — слишком много дающей противнику, с точки зрения «ястребов», и слишком воинственной, с точки зрения «голубей». Правительственные заявления, рассчитанные на то, чтобы умиротворить обе эти группы, возможно, и «собьют с толку Ханой, но также и закрепят его на позиции выжидания нашего ухода»:
«…«Вьетнамизация» превратится во все более серьезную проблему по мере нашего следования по этому пути.
— Вывод войск США превратится в нечто подобное соленым арахисовым орешкам для американской публики: чем больше американских войск отправится домой, тем больше она будет требовать возврата остальных. Это в конечном счете может завершиться требованиями одностороннего ухода — возможно, в течение года.
— Чем больше войск будет выведено, тем больше это придаст уверенности Ханою…
— Каждый выводимый солдат США будет в относительном плане представлять все большую важность для осуществления усилий на Юге, поскольку будет представлять собой более значительный процент сил США, чем его предшественник…
— Станет все труднее и труднее поддерживать моральный уровень тех, кто остается, не говоря уже об их матерях.
— «Вьетнамизация» может не привести к снижению потерь в войсках США вплоть до самых окончательных этапов, так как наш уровень потерь может не соотноситься с общей численностью американских войск в Южном Вьетнаме. Чтобы убивать примерно 150 солдат США в неделю, противник должен атаковать лишь незначительную часть наших сил…»[976]
В памятной записке утверждалось, что если все это соответствует действительности, то Ханой сосредоточит свои усилия на том, чтобы нанести Соединенным Штатам психологическое, а не военное поражение; он будет затягивать войну, загонять переговоры в тупик и выжидать, как будет разворачиваться ситуация внутри Америки, — это предсказание в общем и целом оказалось верным.
Памятная записка предвидела многие из наших будущих трудностей, но на нее не обратили никакого внимания. С одной стороны, хотя она и была передана президенту, я не проследил за ее прохождением в Овальный кабинет. В Вашингтоне идеи без рекламы не работают. Авторы меморандумов и памятных записок, не желающие за них бороться, скорее всего, увидят потом в своих словах оправдания задним числом, а не руководство к действию. Отступив перед решительным противостоянием и внутренними беспорядками, которые могла бы повлечь за собой альтернатива попытки подталкивания столкновения с Ханоем, я так и не настоял на тщательном рассмотрении этого варианта. Да и президент не стал их изучать, несомненно, по этой же самой причине. У Никсона не было стимула пересматривать ранее принятое решение в пользу «вьетнамизации», коль скоро ни одно из государственных учреждений, имеющих отношение к Вьетнаму, не высказало никаких возражений. А их не последовало в первую очередь потому, что они были до такой степени выбиты из колеи демонстрациями, что были не в силах выйти в опасную зону передовой.
