Винтер почувствовала, как внутри нее всё перевернулось, а затем попыталась убедить саму себя в том, что вовсе не предавала это самое доверие. В конце концов, Вайсс вернется назад в Атлас, если, конечно, не сбежит из-под ее надзора и не попытается остаться в Биконе.
Она склонила голову.
— Благодарю, сэр. Я отправлюсь сегодня после полудня. От меня еще что-нибудь требуется?
— Нет, ты свободна.
Винтер вновь отдала честь и попятилась из кабинета, позволив себе развернуться лишь после того, как дверь закрылась. Стоявшая снаружи пара охранников отсалютовала, пропустив ее через свой пост.
Она двинулась по коридорам школы, встречая по пути уважительно кивавших или отдававших честь студентов. В Академии Атласа граница между учениками и будущими солдатами вообще всегда была довольно сильно размыта.
Никогда раньше у Винтер не возникало с этим ни малейших проблем, но сейчас целое море фигур в серо-белой форме невольно вызывало мысли о том, что Вайсс с ее цветом волос и привычным стилем одежды здесь бы попросту потерялась, утонув в этой безликой массе. Для той, кто всю жизнь изо всех сил стремилась хоть как-то выделиться, нечто подобное оказалось бы ужасной судьбой.
Наверное, данная черта характера больше всего отличала ее от Винтер. К лучшему или худшему, но последняя никогда не стремилась привлекать к себе чужое внимание.
“Возможно, здесь же заключается и моя основная ошибка: я почему-то решила, что отношение Вайсс к изменившимся условиям будет точно таким же, как и у меня. Но у нее имеются свои собственные взгляды и предпочтения, а количество различий между ней и мной лишь возросло с тех пор, как она начала учиться в Биконе”.
Винтер добралась до комнаты своей сестры, безо всякого удивления обнаружив, что дверь была заперта. Судя по доносившимся из-за нее звукам, внутри всё же кто-то находился.
Она постучала.
— Кто там?
До Бикона Вайсс никогда себя так не вела. В чем вообще заключался смысл подобного вопроса? Наиболее вежливым вариантом в данной ситуации было бы открыть дверь и поприветствовать гостя.
Она покачала головой и ответила:
— Это Винтер. Мне нужно с тобой поговорить.
Дверь Вайсс приоткрыла лишь через минуту, осторожно выглянув в щель. Она явно была сердита, и Винтер постаралась не думать о тех причинах, по которым ее глаза оказались настолько красными. Впрочем, старалась она без особого успеха, ощущая комок в груди даже несмотря на то, что предпочитала глядеть исключительно поверх головы сестры.
— В чем дело? – поинтересовалась Вайсс. – Я сейчас занята.
— У тебя есть два часа на то, чтобы собрать вещи.
Ее глаза моментально округлились.
— Что?.. – недоуменно переспросила Вайсс.
— Два часа на сбор чемоданов, – повторила Винтер. – Если через это время ты не появишься возле посадочных площадок Буллхэдов, то я улечу без тебя. У меня слишком плотный график.
И она даже практически не солгала. Но самая главная причина подобной торопливости заключалась в том, чтобы не дать генералу Айронвуду успеть обнаружить некоторые мелкие детали будущей командировки Винтер.
— Я пришла, чтобы предупредить тебя об этом.
— Подожди! – воскликнула Вайсс, полностью распахнув дверь и пулей вылетев в коридор.
Ее глаза были широко раскрыты, всё тело дрожало, а она сама явно отчаянно пыталась отыскать нужные слова.
— Ты… действительно?.. Бикон? Ты ведь имеешь в виду его?..
— Разве у меня в ближайшее время намечались какие-нибудь другие командировки? – задала риторический вопрос Винтер. Судя по выражению лица Вайсс, она все-таки нуждалась в нормальном ответе. – Да, сестра. Я имею в виду мою поездку в Бикон. Мне удалось добиться… разрешения на то, чтобы ты меня сопровождала.
Ну, в некотором роде. Впрочем, как говорилось в старом высказывании, лучше уж было попросить прощения, чем этого самого разрешения. С другой стороны, Винтер до сих пор испытывала жуткие сомнения в правильности своего поступка, а изнутри ее грызло такое чувство, словно она только что совершила подлое предательство.
Но Вайсс сейчас улыбалась. Искренне улыбалась. В ее глазах по-прежнему стояли слезы, которые очень быстро исчезли, когда она прижалась лицом к груди Винтер. Это настолько противоречило всему тому, чем “должны” были заниматься Шни, что их отца при виде чего-то подобного наверняка бы хватил удар. Неделю назад она и сама безо всякой жалости отчитала бы Вайсс.
— Спасибо! – шмыгнула носом та, вцепившись в пальто Винтер. – Спасибо-спасибо-спасибо!
— Два часа, – с огромным трудом выдавила она из себя. – А сейчас мне нужно идти. И пожалуйста, Вайсс, не опаздывай, иначе придется улететь без тебя.
— Не опоздаю! – ответила Вайсс, сияя счастливой улыбкой так, что, казалось, освещала весь коридор. Ее вновь начало трясти, но теперь уже от возбуждения. – Я буду там вовремя, Винтер. Обещаю. И… еще раз спасибо. Я знала, что могу на тебя положиться.
