— Даже не знаю. Им ее очень сильно не хватает.
Честно говоря, Жон ожидал совсем не такого ответа, но скорее всего, Оскар не хотел плохо отзываться о приютившей его команде. Впрочем, это вовсе не означало, что нужную мысль до него донести так и не удалось.
— Я говорю о том, что любые проблемы субъективны, и в то же время оставлять их без внимания нельзя, как бы глупо они ни выглядели со стороны. То же самое касается и тебя. Пусть что-то кажется тупым и эгоистичным, но оно портит тебе жизнь, и с этим следует что-нибудь сделать. Игнорирование проблемы ни к чему хорошему точно не приведет.
— Даже если она и в самом деле порождена моим эгоизмом?
— А каких-либо других причин и не существует. Если что-то не задевает тебя лично, то ты и не станешь об этом беспокоиться. В эгоизме вообще нет абсолютно ничего плохого, пока из-за него не начинают страдать окружающие. Но думаю, это не наш случай, верно?
В конце концов, Жон уже догадался, в чем конкретно заключалась проблема Оскара.
— Полагаю, стоит сразу же поставить тебя в известность насчет того, что всё сказанное тобой здесь дальше этой комнаты не уйдет. У меня нет ни малейших причин делиться с кем-либо такого рода информацией о моих студентах, а потому команда RWBY ничего не узнает.
Оскар кивнул и слегка расправил плечи. Ему явно требовалась помощь, пусть даже он считал, что в результате ничего не получится. С другой стороны, смущение в подростковом возрасте являлось довольно сильным мотиватором, особенно если тебя окружали настолько красивые девушки.
— Ладно, – произнес Оскар, сделав глубокий вдох и постаравшись морально подготовиться к дальнейшему. – Хорошо. Я… знаю, что всё это кажется очень мелким и глупым…
Он закрыл глаза и сделал еще один вдох, прежде чем заявить:
— Но я больше не чувствую себя особенным!
“Особенным?..”
Жон одобрительно кивнул.
— Продолжай. Не стоит держать всё это в себе.
— Раньше, еще до начала всяческих приключений, я был просто Оскаром – самым обычным ребенком, жившим на одной из множества ферм, которую рано или поздно наверняка сметут с лица Ремнанта Гриммы. Я убирал навоз и сгребал в стога траву, иногда сгоняя птиц с посевов и наполняя водой бочки. Этого мне более чем хватало.
Жон снова кивнул, записав в блокнот слова “фермер” и “скука”. Секундой позже он поморщился и собрался перечеркнуть вторую надпись, но Оскар его опередил:
— Вся моя жизнь была очень скучной. Я… я вовсе не тяготился ей, но…
— Нет абсолютно ничего плохого в том, чтобы признать, что тебе подобная жизнь не нравилась, – произнес Жон. – Ты вовсе не был обязан выбирать себе именно такую карьеру, и твое нежелание проводить свое время подобным образом оскорбить никого не должно.
Оскар согласно кивнул.
— Да, та жизнь никакого удовольствия мне не доставляла. Я имею в виду, что совсем не против поработать, особенно когда это что-нибудь действительно важное. Ну, выращивание урожая, например, или ухаживание за коровами. Коровы мне, к слову, даже нравились. По крайней мере, те из них, которые вели себя дружелюбно. Как-то раз получилось помочь принять роды теленка. Просто… там вообще ничего не было: лишь несколько человек и сплошная скука. Вся моя жизнь оказалась распланирована на многие годы вперед без какого-либо участия с моей стороны. Я бы занимался всем тем же самым, возил бы товары на продажу в ближайшее поселение, унаследовал бы ферму, когда родители состарились, познакомился бы с какой-нибудь деревенской девчонкой, женился бы на ней, завел детей и вырастил бы их, чтобы, в свою очередь, передать им ферму.
— Но тебе хотелось чего-то большего?
— Нет… На самом деле, ничего большего мне не хотелось.
— Хм, – пробормотал Жон, сделав еще одну пометку в блокноте. – Но когда “большее” все-таки произошло, ты передумал, верно?
— Да, – кивнул Оскар, со вздохом откинувшись на спинку стула и устроившись немного поудобнее. – Мне совсем не понравилось то, что в моей голове появился Озпин. Это очень страшно, понимаете?
— Мне довольно сложно представить себе, что ты почувствовал, когда услышал его голос, но полагаю, любой бы на твоем месте испугался, – произнес Жон, подмигнув и тем самым заставив Оскара рассмеяться, еще немного расслабившись. – Давай угадаю: он тебе ничего объяснять не стал, верно?
— Ну, Озпин сказал только то, что нам необходимо спасти мир.
— Как это для него типично.
— Сначала я подумал, что сошел с ума, но… он сумел доказать мне свою реальность. Всё дело в том, что несмотря на мои жалобы насчет попыток Озпина увести меня подальше от дома и родителей, я…
— Ты поспешил воспользоваться его предложением при первой же возможности.
— Да, – кивнул Оскар, смущенно опустив взгляд. – Это делает меня плохим человеком?
