Почему Жон не попросил ее служить именно ему? Разумеется, Синдер бы отказалась, но сам факт отсутствия подобного предложения несколько настораживал. Какие мотивы могли им двигать?
Само собой, наиболее очевидным ответом являлось полное отсутствие доверия между ними.
“Но это чересчур примитивно. У него ведь есть некий план на случай моего предательства, и потому было бы очень глупо с моей стороны так поступать. Думай, Синдер. Думай. Схемы внутри схем. Планы из планов. Он же не просто не предложил мне присоединиться к Бикону, но еще и специально обозначил свою позицию перед Винтер, а значит, и Айронвудом”.
Подождите-ка… Ну конечно!
Жон сейчас водил за нос совсем не ее, а как раз Атлас!
Он понимал, что Синдер была способна расшифровать вложенный им в слова и поступки скрытый смысл. У них даже когда-то состоялся разговор о вере и доверии, так что Жон в нее именно верил. И еще он чуть ли не прямым текстом сказал, что если Синдер примет предложение Атласа, то будет служить только им. Скорее всего, Жон намеревался потом пообщаться с ней насчет того, чтобы она стала его шпионкой. Или не намеревался? Требовался ли им вообще какой-либо разговор, если Синдер и без того прекрасно понимала все его мотивы? Да и он наверняка тоже об этом знал, если уж в прошлом с легкостью предугадывал каждое ее действие.
Подобный вариант сбрасывать со счетов явно не стоило.
Синдер осмотрела комнату, в которой должны были стоять камеры. Жон наверняка наблюдал за ней, поскольку дураком вовсе не являлся. Она выпрямилась и постаралась скрыть все сомнения, избавившись от лишних эмоций.
Синдер сейчас внимательно изучали. Она едва ли не наяву видела, как Жон сидел за своим рабочим столом, сцепив пальцы в замок и вглядываясь в ее лицо, которое показывал экран монитора. Он раскладывал по полочкам мельчайшие изменения в мимике, после чего размышлял о том, что за этим могло стоять, и тут же вплетал в свои планы новую порцию информации.
Синдер, к слову, играла в этих самых планах далеко не последнюю роль. Возможно, даже ключевую. Иначе почему Жон подталкивал ее к согласию на предложение Атласа, хотя отлично знал, что она сама ничего подобного делать не собиралась? В том-то и заключался его замысел.
По-другому и быть не могло.
Именно Жон пленил Синдер и притащил ее в Бикон, чтобы Винтер с Айронвудом теперь танцевали под его дудку, даже не замечая те нити, которые он к ним постепенно прикреплял.
Их видела лишь Синдер, потому что ее такими уловками было не обмануть.
В конце концов, они с Жоном слишком долго являлись заклятыми врагами. Если для него и существовал действительно достойный противник, то им была именно она – его немезида. Та, кто ему ни в чем не уступала.
Пусть Синдер сейчас оказалась в плену и лишилась сил девы Осени, но по-прежнему оставалась крайне опасной. Она всё еще была той, кого Жон опасался больше, чем саму Салем…
Синдер с трудом удержалась от того, чтобы продемонстрировать камерам собственный шок.
Жон ее боялся, уважал и, возможно, даже ей восхищался – так, как только манипуляторы и стратеги могли признавать достойного соперника. Не этим ли объяснялось его отношение к Синдер? В конце концов, она и в самом деле была той единственной на всем Ремнанте, кто и вправду могла стать ему равной.
Да и разве могло оказаться как-то иначе?
В мире, где существовала Салем, а также невероятно опасные Тириан, Хазел и Воттс, Жон Арк решил избавиться от самой большой угрозы себе и начал выслеживать именно Синдер. Он организовал ловушку в Мистрале и лично прибыл в Хейвен, чтобы ее захватить.
Не это ли лучше всего доказывали испытываемые им уважение и страх? А может быть, желание ей обладать?..
Почему еще Жон стал бы сохранять Синдер жизнь? Зачем ему понадобилось размахивать перед ней сделкой с Атласом? Он хотел взять ее измором – подталкивал в бездну ужаса и отчаяния, чтобы затем протянуть спасительную ниточку собственного предложения.
Разве не это являлось наилучшим способом избавиться от врага – превратить его в своего союзника. Нечто подобное не так уж давно пыталась проделать и сама Синдер, но теперь Жон изменил обстоятельства, перевернув всю ситуацию с ног на голову.
Битва их разумов и воли по-прежнему продолжалась. Ничего еще не закончилось.
Она расправила плечи, почувствовав прилив уверенности в себе.
“Так для чего же я могла тебе понадобиться, Жон?”
Они очень долго играли в эти игры, но стоило Синдер исчезнуть из Бикона, как Жон тут же начал охоту за ней. Не являлось ли подобное поведение признаком чего-то большего, нежели простое соперничество? Признаком того, что он желал получить от нее нечто иное…
“Могущественная пара?.. Кто еще, кроме нас, способен бросить вызов самой Салем?”
Синдер требовалась Жону. Она была сильна, пусть даже со стороны сейчас всё выглядело совсем по-другому.
“Ему необходимо, чтобы я подыграла, иначе какие-то планы ни за что не сработают. Без меня он их точно не реализует”.
Синдер сделала глубокий вдох, чтобы успокоить колотившееся сердце и привести в порядок мысли. К слову, последние то и дело мелькали в ее голове, вызывая ту или иную реакцию.
