Она закашлялась, а вокруг запищало медицинское оборудование. Роман покосился на Синдер, но та лишь развела руки в стороны, давая понять, что не имела ко всему этому ни малейшего отношения. Пришлось подхватить трость и поспешно ретироваться из комнаты, пока их не застал там кто-либо из встревоженных шумом сотрудников.
— Видимо, силы достались Пенни, – пробормотал Роман.
— Ага, – кивнула Синдер. – Нужно рассказать об этом Жону.
***
— Эм… Руби?
— Я занята, – отозвалась она, лежа на своей кровати и играя на свитке.
Ей в лицо врезалась подушка.
— Руби! – с отчетливо различимой паникой в голосе воскликнула Блейк. – Это срочно! Пожалуйста, помоги!
Она раздраженно поставила игру на паузу и оглянулась, чтобы посмотреть, что конкретно там стряслось.
Цвай парил в центре комнаты, его глаза пылали золотым пламенем, а вокруг сверкали молнии. Он лениво перевернулся в воздухе, подлетел к рюкзаку Руби и сжег его лазерными лучами из глаз, после чего резкими порывами ледяного ветра поднял в воздух свой корм и принялся на него охотиться, поглощая кусочки один за другим.
— Ну… – пробормотала Руби, почувствовав, как по ее виску скатилась капля пота. – Раньше такого точно не было…
Комментарий автора: Это не столько шутка насчет ставшей девой Зимы Пенни, сколько теоретические рассуждения о возможности передачи сил животным. Допустим, оно достаточно умное и странное, чтобы считать себя человеком женского пола, да еще и возрастом до тридцати лет. Тогда разницы между ним и Пенни не будет вообще никакой.
И да, механическое тело Пенни намекает на то, что понятие пола все-таки относится к душе. Ну, или можно всё списать на магию и какую-нибудь “веру в себя”.
Как бы там ни было, дева-Цвай летит на помощь!
========== Глава 52 ==========
Жон стоял на стене Атласа, внимательно изучая орду Гриммов, полы синего пальто развевались за его спиной, а руки покоились на навершии Кроцеа Морса.
Немного позади находились Глинда и Роман, причем первая что-то читала с экрана своего свитка, а второй спокойно курил сигару и крутил в руке трость, казалось, ничуть не беспокоясь о надвигавшейся на них угрозе.
Еще дальше остановились журналисты, снимая на камеры и фотоаппараты столь выдающийся образец “героизма”.
— По-моему, эта поза совершенно неестественная, – проворчал Жон.
— Не шевелись, – ответил ему Роман. – Круто ведь выглядишь.
— Тут даже на меч толком не обопрешься, поскольку острие не способно воткнуться в металл стены.
— Металл здесь только снаружи. Внутри они сделаны из камня, – заметила Глинда. – Можешь даже не сомневаться, потому что у меня сейчас открыта страница Атлапедии. Вот ты знал, что изначально стену планировали построить высотой до летающей части города, но затем от плана пришлось отказаться, поскольку грянул экономический кризис?
— А разве не потому, что такие стены закрыли бы им солнечный свет и приток свежего воздуха?
Журналисты видели, как они разговаривали, и продолжали фотографировать, вне всякого сомнения, полагая, что столь прославленные и могучие Охотники обсуждали детали будущей битвы, призванной спасти Атлас.
— Ну, идея, конечно, была той еще глупостью. Купол только на макете выглядит хорошо, – ухмыльнулся Роман. – Но если задуматься, то в подобных масштабах его обрушит чуть ли не любая птичка. Видел, что случается с человеком, на которого из высокого здания упало оконное стекло? Блинчик с вареньем! А теперь представь себе целую кучу таких стекол в небесах.
— Никто и не предлагал строить стеклянный купол, – возразила ему Глинда.
— Ага, только каменный. Напомнить о разнице в весе?
— Помолчи и не мешай мне читать статью…
— Дети, – с едва заметной улыбкой произнес Жон. – Если вы сейчас же не прекратите ссориться, то я отменю вторжение, и мы вернемся обратно домой.
— А что, ты так можешь? – с некоторой надеждой в голосе уточнил Роман.
— Нет, – вздохнул Жон, в то время как его улыбка несколько подувяла.
Гриммы подобрались уже очень близко, и все, кто стоял на стенах, включая самого Жона, довольно сильно нервничали.
Прошедшие два дня артиллерия продолжала обстреливать орду, а Рейвен с Айронвудом эвакуировали жителей Атласа. Собственно говоря, сейчас тут практически никого лишнего и не осталось, если не считать журналистов. Судя по докладам на тех совещаниях, на которые приглашали Жона, в городе находилось менее десяти процентов от обычного количества людей.
Наверное, многие назовут подобное число “приемлемыми потерями”.
Как бы ему это ни претило, но защищать придется даже полностью пустой город. Айронвуд утверждал, что так следовало поступить хотя бы для того, чтобы дать людям надежду вернуться домой. Ну, и еще из-за уже развернутой военной техники, которую легче было использовать, чем сворачивать и эвакуировать.
Но наедине с Жоном и Озпином он признался в том, что имелась и другая причина.
Салем…
