— Нео сбежала, получив серьезный удар, а Гудвитч еще в самом начале схватки вылетела в окно. Видимо, Хазел опасался того, что она своим Проявлением отберет у него Реликвии. Вот так я и остался с ним один на один, после чего этот ублюдок сделал из меня отбивную, – усмехнулся Роман. – Ох и хреново же я себя сейчас чувствую…
— Как он вообще умудрился справиться с вами тремя? – спросил Николас.
— Наверняка при помощи силы Реликвий, – ответил Роман. – По крайней мере, корона всё время находилась у него на голове.
“Вот дерьмо…”
Когда обсуждение доходило до Реликвии Выбора, Озпин становился еще более скрытным, чем обычно. Но сам факт того, что он отказывался разговаривать на данную тему, уже намекал на ее немалое могущество. Если Озпин предпочитал не сообщать о силе Реликвии даже ближайшим союзникам, то наверняка опасался, что у них мог возникнуть соблазн попытаться ей воспользоваться…
— Ты знаешь, что она делает, Айронвуд? – поинтересовался Жон.
— Нет. Озпин мне так ничего конкретного и не сказал.
— Просто замечательно. Итак, Роман, жди здесь. С этой проблемой мы сами как-нибудь справимся, – вздохнул Жон. – Могу порадовать тем, что Салем согласилась на мир. Как только разберемся с Хазелом, война закончится.
— О, – ухмыльнулся Роман. – И сегодняшний день внезапно перестал быть таким уж дерьмовым. Тогда идите. И ткните его за меня чем-нибудь острым, ладно? К слову, он направлялся наружу, так что, возможно, стоит подождать его у выхода.
— А ты это откуда знаешь? – спросил Айронвуд.
Роман выдохнул облако дыма и оперся спиной о стену.
— Скажем так: я подготовил там для Хазела небольшую приманку.
***
Оскар тяжело дышал, упав на колени в траву. Стук сердца отдавался в ушах и был практически таким же громким, как разносившиеся по школе звуки битвы. Бок оказался обожжен и сильно болел.
— Н-надо двигаться дальше.
“Если Хазел и в самом деле завладел Реликвией Выбора, то шанса избежать встречи с ним у нас нет. Он всё равно придет за нами “.
— За тобой! – буркнул Оскар. – Он придет за тобой, а бедный я просто окажусь случайной жертвой! Кроме того, м-мистер Торчвик сказал выбираться наружу, где мы будем в безопасности. И я ему верю.
“А зря. Он говорил вовсе не о нашей безопасности. Просто у него есть полная детей школа, и мы своим присутствием там представляем для них немалую угрозу”, – произнес Озпин, после короткой паузы добавив: – “Честно говоря, это довольно приятный сюрприз. Мистер Торчвик все-таки заботится о своих подопечных, пусть и весьма сомнительным способом”.
— Мне сейчас не до твоих рассуждений!
“Наверное, так и есть. Жаль, что мисс Никос в данный момент находится на передовой. В подобной ситуации ее способности очень сильно бы пригодились”.
Да им тут пригодились бы чьи угодно способности!
Оскар с некоторым трудом поднялся на ноги и, опираясь на трость, побрел вдоль стены здания к посадочным площадкам Буллхэдов.
Озпин наверняка умел управлять подобными летательными аппаратами, так что идея как можно скорее убраться на максимальной скорости подальше от неуязвимого джаггернаута показалась Оскару хорошей. И нет, это даже не было трусостью – всего лишь попыткой увести врага из школы в полный солдат и Охотников город.
Входная дверь Бикона разлетелась на куски. Кроу Брэнвен пару раз перевернулся в воздухе, после чего упал на бетонную дорожку, остановившись возле одной из колонн и явно лишившись сознания. Хазел Рейнхарт появился на пороге, держа за горло Сиенну Хан. Заметив Оскара, он отбросил свою ношу в сторону ближайшей стены, по которой та и сползла.
На голове Хазела виднелась простая корона с тремя драгоценными камнями, а с пояса свисала Реликвия Знания, рубашка была распахнута, мышцы бугрились, и из-под кожи периодически пробивалось зеленое свечение. Особенно сильно выделялись вены на шее и лице. А вот его взгляд ни на секунду не отрывался от Оскара.
— Ты… – прошипел Хазел.
— Уходи! – крикнул Оскар, попробовав было убежать, но остановившись и развернувшись, когда понял, что оторваться ему точно не удастся. – Я не Озпин! Оставь меня в покое!
— Ты станешь им со временем, – произнес Хазел, продолжая к нему приближаться.
— Все могут стать им со временем! – возразил Оскар.
— Вот потому-то я и намерен всех уничтожить, – спокойно заметил Хазел.
Пожалуй, Оскар решил бы, что имел дело с полнейшим безумцем, если бы и раньше этого не знал.
— Я соберу Реликвии и призову Богов, которые прекратят существование Ремнанта. Только тогда паразит в твоей голове по-настоящему умрет.
“Оскар, позволь мне взять управление телом на себя”.
Тот моментально передал контроль Озпину, который куда привычнее и изящнее него оперся на трость, а затем тяжело вздохнул.
— Добрый день, мистер Рейнхарт. Хазел…
— Чудовище, – поприветствовал его тот.
— Разве? А твоя сестра с этим утверждением вряд ли бы согласилась. Она была храброй девушкой, стремившейся нести добро. То, что ты сейчас творишь, разорвало бы ей сердце. Твои поступки оскверняют ее память.
