Вот в этот момент, когда девушке требовалась максимальная тишина, чтобы сосредоточиться, в коридоре раздался шум — громкие удивленные восклицания, какой-то спор, что обычно не характерно для их тихой интеллигентной среды. Не усидев от любопытства, что произошло, Аня вышла в коридор.
— А я вам говорю — сам видел. И не только видел, но и общался! — горячо что-то доказывал Игорь их «сборщице» Ирине.
Рядом с ними собрались уже и остальные труженики их института, как и Аня, повыскакивавшие в коридор на шум.
— Что происходит? — привлекла к себе внимание девушка.
— Да вот, Игорь, похоже, белены объелся, — язвительно начала Ирина. — Говорит, Сергея видел. Огнева, — уточнила женщина, видя непонимание в глазах окружающих.
— И где? — спросила Анна.
А у самой в груди забилось сердце. Она до сих пор корила себя иногда за то, что парень погиб из-за нее. И ведь ей еще и не забывали об этом напомнить! Владимир, который и являлся для девушки воплощением иностранной разведки, и ее «куратором» и связным в одном лице, снова вышел с ней на связь пару месяцев назад. Савченко предупреждал ее об этом и, когда шпион снова связался с Аней, та тут же поставила в известность ОГПУшника. Ну а дальше началась оперативная работа по прощупыванию интересов иностранного агента и передачи дезинформации с вкраплениями правды. Вот этот Владимир иногда вскользь и упоминал о смерти Сергея в том ключе, что «руки у него длинные» и предавать интересы РОВС, от чьего лица он «официально» выступал, не стоит.
— Да дома у нас, на лестничной площадке столкнулись!
Дальше Игорь поведал об амнезии Сергея и, что теперь с ним все в порядке и даже какую-то новую работу тот нашел, но какую именно — неизвестно.
— Растерялся, вот и не спросил, — честно ответил он на прямой вопрос Ирины.
— Ладно, сами узнаем, — махнула рукой на парня женщина. — Раз уж он вернулся в квартиру, то часто видеться будем. Но если это шутка… — грозно надвинулась она на парня.
Тот аж отпрыгнул, чем вызвал у всех невольный приступ хохота. А у Ани наконец отлегло от сердца. Не получилось у врага ее бывшего начальника убить! Не всесильны они, как бы ни пытался ее убедить в обратном Владимир. А с Сергеем она обязательно поговорит. Хотя бы просто чтобы убедиться, что Игорь не перепутал ничего. Ну и себя успокоить окончательно.
Июнь 1935 года
Два года. Почти два года относительно спокойной жизни. Нет, были и мелкие проблемы, и нервотрепка на работе из-за косяков отдельных людей или когда, казалось бы, согласованный проект вот-вот может развалиться по вине инициативного дурака, возомнившего себя рационализатором и попытавшегося исказить изначальный проект «оптимизировав» его. Но все это реально мелочи на фоне тех потрясений, что происходили со мной до этого.
За это время у нас с Людой родился второй ребенок — курносенькая дочка Ира. Причем эту беременность мы не планировали. Леша только-только стал относительно самостоятельным, чтобы можно было отдать его в детский садик, которые во множественном числе открывались по всему Союзу, и Люда уже собиралась облегченно выдохнуть… Когда мы узнали, что она беременна вновь. Тогда-то я и узнал, как она ждала момента, когда сын перестанет быть дома днями и ночами. Такой скандал мне устроила. Но об аборте и речи не шло. После потери нашего первенца даже думать о подобном любимая не хотела. Да я и не предлагал. В итоге она вроде смирилась, но вот радости от повторного материнства у нее было мало. И теперь она строго следила, чтобы наши «шалости» были безопасными. Резиновое изделие «номер 2» прочно прописалось в нашей тумбочке.
Однако любой период заканчивается. Закончилось и это относительное «затишье». И началом новых перемен стал приход ко мне нашего начальника по проектированию новых машин, Остапина, с заявлением о переводе его на завод.
— Вы уверены, Степан Дмитриевич? — поднял я взгляд на инженера.
— Абсолютно, — кивнул головой мужчина.
— Могу я узнать причину?
Запретить я ему уйти не мог, но было неприятно. Все же уже два года вместе работаем. Именно он начал реализовывать мою идею по мини-тракторам. И ведь реализовал! Пусть и не один, найденный мной специалист по гидравлике Трифон Максимович оказал большое содействие, но с конца прошлого года наши «УТ"ы пошли в серию и успели получить в народе прозвище 'утята». После этого Остапин с Баштой сосредоточились на системах гидравлики, разрабатывая ее на все виды транспорта. Вот уже год они занимались тем, что проектировали гидравлическое усиление руля для всех видов машин, а ведь для каждого вида это фактически было отдельным техзаданием. Легковой автомобиль сильно отличается от грузового, да и для танков они успели сделать гидравлический привод на поворотную башню. Системы они разработали, теперь за заводами следующий шаг — внести изменения в план конструкции и перейти на серийный выпуск машин с новым приводом.
И вот, когда, казалось бы, все идет хорошо, работы Остапина с Баштой востребованы, Степан Дмитриевич вдруг решил перейти на завод! Естественно, мне было интересно, с чего это вдруг?
